«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
на день раньше.
И лукавая улыбка была мне ответом.
— Я думаю, им все же придется придумать что-то другое, — выдохнул он с облегчением. — Вот ведь… ответ же на поверхности! Только грабить не надо! Просто прорыв водопровода или там канализации… Максим, ты гений! — совсем уж успокоился Шуйский и, подняв голову, улыбнулся. — А там идти на новое испытание я и отказаться смогу без урона чести.
— Ты же хотел в клуб?
— Да не то чтобы очень… Просто вышло, что согласился, а раз так — то и о перспективах можно подумать, — невольно поморщился Артем.
— Вера при этом была?
— Да при чем тут она! — чуть было не вспылил Шуйский, но мигом успокоился. — Никогда не знаешь, как пойдет разговор… Согласился — и всё. Если выручишь меня с этим — скажу спасибо. Мне, к сожалению, никак лично или через моих людей этого делать нельзя. Засмеют, если вскроется, — чуть беспомощно посмотрел он на меня.
— Не беспокойся, не засмеют, — ответил я с успокаивающей улыбкой. — Все будет хорошо.
— Но ты же не будешь грабить этот банк? — с облегчением, словно на всякий случай, спросил друг. — Просто прорыв водопровода, верно?
— Артем… — с укоризной ответил я, — меня сегодня обвинили, что я не умею шутить над собой.
— А, то есть это ирония… У тебя стало получаться! — хохотнул Шуйский. — Зная тебя, я даже поверил!
И да, я не умею.
Обратно домой меня отправили на той же машине, сопроводив добрыми пожеланиями. Артем, расчувствовавшись, даже пообещал убедить деда взять на сватовство кого-то из своих давних друзей — словом, был мне обязан заранее и не сомневался в результате задумки. Потому что грабить они собрались уже на следующей неделе, в среду…
Предстояло целое воскресенье, чтобы проработать все и этого не допустить.
Но до того…
— Димка, привет. Устрой мне встречу с князем Панкратовым. Как-нибудь незаметно, через ту же больницу — мол, конфликт у нас с руководством, и без его внимания не решить… У нас же финансовые показатели хорошие, доход мы ему приносим? Аж на две трети его расходы снизились? Ну, это мы, конечно, щедро, но сейчас — к месту. В общем, делай, но обязательно на следующей неделе. На понедельник — идеально. До связи.
Потому что коллектив по увещеванию отца Ники надо усиливать со стороны. Деду Артема я вообще ни на грош не верю — врун еще тот. Разобьют лицо будущему тестю, дом сожгут, медовуху всю выпьют, а виноват я, ага. Или фонарный столб мне вместо Ники сосватают, а мне его даже поставить некуда, потолки низкие… Так что пусть будет кто-нибудь высокопоставленный, кто сможет его со товарищи урезонить. Мне этому Панкратову есть что предложить. И Игорю надо еще позвонить — точно: пусть рассчитывается за семейное счастье и торт!
Пока же вернемся к нашим заморским гостям.
Я оглядел разложенные на столе отпечатанные приглашения на несколько сотен персон.
«Конференция по новым компьютерным технологиям и защите компьютерных программ», Нью-Йорк, Федерация Америки.
Приглашения без имен, подлинные и много — хватит на целый класс. Каждый работает как авиабилет туда и обратно, и гарантирует проживание в отеле на две недели. Сейчас их, разделив на партии, отправят через Америку в те университеты, где учатся нужные мне гости. Там приглашения, разумеется, отдадут в самые передовые группы, достойные представлять заведение, то есть в самые родовитые. Кто-то из списка Ники, разумеется, не поедет. Кто-то не сможет, или приглашение пройдет мимо. А кто-то поедет на чужбину, где совсем несложно со всеми этими выставками, лекциями и размахом мероприятия потеряться на две недели. А потом найтись — на радость всем родным, которые далеко не наивные ребята и знают толк в поиске с применением спутников и Силы. Но половина земного шара — это половина земного шара…
В общем, «Велкам ту зе Юнайтед Федерейшн!».
Александр Олегович Шуйский стоял возле внутреннего озера Серебряного Бора и смотрел на блеклую полоску света, что легла на воду от высокой луны. Блеклую — потому что сиял вокруг острова огромный город, подавляя своим свечением ночное небо — не только беззвездное, но словно выбеленное, подернутое бежево-коричневым цветом, будто кофе с молоком.
В его времена такого не было. В его времена многого не было, причем настолько, что становилось страшно, как же он стар.
Уж точно не случалось такого, чтобы Юсупов по крови умирал за Шуйского. И совсем неслыханно — чтобы Шуйский признал Юсупова братом перед старейшим в роду, но запретил об этом говорить нареченному родичем.
Но даже это мелочи, сравнивая с тем, что происходило вокруг, пока он бродил по родовой чащобе и добывал вкусного и жирного оленя, забывшись на десятилетия в этом сладком чувстве всемогущества.
