«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
девушка, избегая встречаться с князем взглядом, но и не нервничая. — Максим попросил их приютить на один вечер.
Она смотрела во двор, находя в желто-красных кронах знакомого с детства фруктового сада нечто более значительное и важное.
— Откуда он их взял? — сжав губы, уточнил он степень информированности девушки.
— Одну — похитил. Со второй все хорошо, ее просто забрали за долги.
Юсупов уронил лицо в ладони и с силой провел ими.
— Ты хоть понимаешь, что Го никогда этого не простят? Даже если сделка сто раз честная? Не важно! — поднял он руку. — Это меньшая из бед. Аймара…
— Аймара Инка, — охотно поддакнула Ника.
— Она хотя бы беременная? — напряженно спросил Юсупов.
— Нет! — возмутилась невеста, посмотрев на князя.
А потом задумалась и мрачно нахмурилась:
— Хотя кто эту сволочь знает… Они одну ночь были наедине.
— Хоть бы да!.. — истово выдохнул Юсупов, нервно разминая пальцы, сцепленные перед собой.
— Не поняла… — грозно посмотрела на свекра Еремеева.
— Это и в твоих интересах! Нас спасет только свадьба. Да, еще одна! Может быть, они простят отца их ребенка… — напряженно задумался князь.
— И деда тоже?
— У них особенное отношение к своей крови… — пробормотал Юсупов, проигнорировав язвительную реплику.
— Не выкидывают в неизвестность еще до рождения? — едко спросила Ника, начиная заводиться.
Разговоры с сестрами Максима стали довольно частыми в последнее время, поэтому некая предыстория выбранного ею мужчины не осталась для нее тайной — и события ушедшего хорошо объясняли определенные странности его характера и сложности взаимоотношений с настоящей семьей.
— Что бы ты понимала! — сорвался князь. — Иногда интересы клана сильнее личных! Мы делаем не то, что хотим, а что выгоднее для всех…
— Что принесет больше денег и власти, — зло поддакнула та.
— Не хами, девчонка! Сейчас это вы вляпались в беду, за которую кровью умоются все!
— Все. Будет. Хорошо, — в пику ему спокойно произнесла Ника.
— Ничего не будет хорошо! Ни-че-го!
— Вы плохо знаете своего внука, — настаивала Ника, не замечая, что уже давно на равных пререкается со смертельно опасным существом.
Князь же не замечал, что дает ей возможность говорить, а не загоняет своей волей до уровня рыдающего ничтожества.
Быть может, они уже приняли друг друга в качестве родственника…
— Девочка, — остановился Юсупов и произнес вкрадчиво: — Ты хоть понимаешь, кто такие Аймара?
— Наглые, высокомерные, бесчестные создания, — мигом ответила Ника из личного опыта.
— Именно так. А еще они… не совсем обычный клан, — смотрел князь в ее глаза. — Я не хочу, чтобы на мой город упала гора. Не хочу, чтобы моим подданным резали глотку на вершине пирамиды, возведенной из обломков школ и детских садов. Не хочу, чтобы облака наполнялись кровью и над моими землями двигалась алая гроза.
— Значит, этого не будет.
— Да как не будет, если твой муж стащил эту девку!
Ника пододвинулась к столу, осторожно перехватила левую ладонь старика и обняла своими, согревая.
— Успокойтесь, — мягко произнесла она. — Попробуйте представить, что все закончилось хорошо.
— Как оно может так закончиться?
— А я не знаю, — честно произнесла девушка, пожав плечами. — Мне вот, например, было очень плохо в процессе. Но я ведь тут.
— Дети… вы ничего не понимаете… — выдохнул Юсупов.
Впрочем, не торопясь возвращать себе руку из приятно поглаживающих и успокаивающих ладошек.
— У нас Аймара моет посуду, убирает со стола и протирает полы, — словно стесняясь, произнесла Ника. — А еще она меня вчера так выбесила, что я перекрасила ей волосы в рыжий цвет.
— Вот как? Чем вы ее опаиваете? Часто пытается сбежать?
— Она дала вашему внуку клятву не бежать, слушаться его, не вредить близким, не использовать Силу и учить техникам клана две недели, — старательно припоминая, сказала Еремеева. — Сама. Добровольно.
— В обмен на что? — чуть напрягся Юсупов.
— А в обмен, как мне кажется, на самое интересное двухнедельное приключение в мире, — вновь улыбнулась она деду. — Ведь не только мы дети и ничего не понимаем, но и она тоже.
— Важно, что подумают и скажут ее родные.
— Важно, что придумал Максим, — мягко увещевала она старика. — Не надо переживать.
— Надо готовиться к войне.
— Всегда надо. Мало ли какая начнется первой.
Из кабинета они вышли, впрочем, оставшись при собственном мнении. Но и желание князя искать мальчишку и проводить ускоренный курс его воспитания ремнем — слегка подсократилось. Да и поздно уже, по всей видимости…
