«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Уральских гор и той, что была у подножия Карпат. И двум бесстрастным исполнителям было наплевать, что станет, когда связи исчезнут и рухнут пласты земли в проделанную дыру, вызывая обрушения и землетрясения.
Ведомые приказом, они продолжали соединять две точки на планете, будто полотно ткани — накинутой поперек нитью, пока по завершении их усилий в арке не зафиксировался мрачный тронный зал с огромными книжными шкафами во всю стену, подсвеченный электрическим светом монструозной люстры, исполненной под старину. И князь Виид, показавшийся в переходе, не ступил на мертвый грунт, пройдя за один шаг более трех с половиной тысяч километров.
Был он старомоден в своих предпочтениях, одеваясь ровно так, как учил его отец, в традиционный наряд своего народа, расшитый золотым по красному кафтан и головной убор из серебра и жемчуга.
Князь недовольно посмотрел на мельтешение ярких огоньков за кромкой щита, мельком глянул на свежий перстень среди десятка иных на своей левой руке, после чего прислушался к своим чувствам и одобрительно хмыкнул. Только после этого он обратил внимание на присутствующих, происходящий бой, и, цокнув, — на сияющий над головой Дворец, остановив в итоге свой взор, полный молчаливого вопроса, на Федоре.
— Теперь он достоин быть моим братом? — будто в продолжение старой беседы, упрямо посмотрел на князя Федор и перевел взгляд на спину напряженно выпрямившегося Максима.
Князь Виид чуть наклонил голову и, покосившись на небо, одобрительно кивнул.
— Тогда спаси его, — выдохнул мальчишка и с надеждой посмотрел на древнего румына.
— Он и так неплохо справляется… — повеяло недоумением от могущественного существа.
— Если Максим убьет князя Черниговского, ему придется убить миллионы людей. А мой брат — не чудовище! — истово произнес Федор, в котором все-таки проглянул он-прежний.
Князь покосился на напряженную спину названого старшего сына, только что принятого в семью, и скептически хмыкнул о последнем суждении. Но вслух произнес иное.
— И как ты хочешь, чтобы я ему помог? — покосился он на Федора, продолжая отслеживать и бойню с драконами, и Дворец из молний в небесах.
— Я… я не знаю, — честно признался ему младший сын. — Но я очень прошу!
— Дети… — вроде ворчливо, но с одобрением произнес князь.
Затем слегка освободил длинноватый рукав и, отогнув ворот кафтана другой рукой, достал из внутреннего кармана небольшие песочные часы, заполненные серой дымкой.
Одно движение длинных и чуть суховатых пальцев — и часы отправляются в короткий полет до земли, чтобы навсегда разбиться, оставив над землей серую дымку, которая стала, будто под порывом ветра, разлетаться в направлении кипящей схватки — отчего-то не исчезая, а увеличиваясь в размерах, за мгновение покорив всю поляну перед собой…
Замершую, бездвижную поляну. Без ветра, без движения ветвей по краям. Без звуков дыхания и ударов сердца. С остановившимися фигурами и замершими выражениями лиц — начиная от девушек, что жались от появившегося князя Виида по границам защитного контура, до растрепанного, обожженного, с красными — от лопнувших капилляров и напряжения — глазами князя Черниговского. Застыл и юноша, преисполненный мрачной решимости, и огромный медведь, глядевший на Виида исподлобья, прижав лапы для длинного прыжка.
Единожды моргнув вспышкой, исчезли все драконы. Исчез Дворец в небесах — волны времени забрали их вперед, и в остановившемся прошлом их не было.
В абсолютной тишине раздались мерные шаги кожаных ботфортов — князь Виид неспешно подошел к Максиму, оглядел его внимательно и влепил сильный подзатыльник левой рукой — тяжелый, отеческий, от которого юношу просто вырубило, и он упал на землю.
Затем не торопясь подошел к князю Черниговскому и дождался, когда время этого места снова нырнет в общий поток.
Звуки и движения вернулись в один миг — хотя для остальных никуда и не уходили. Но ныне не горел в небесах Восточный дворец, и более не было электрических драконов — призвавший их был без сознания.
Исчезли все щиты и рядом с Черниговским, а попытка отреагировать на близкую угрозу отозвалась в нем весьма болезненным ударом — словно кнутом вдоль спины.
— Т-ты! — прорычал князь Черниговский, завидев того, кто стоял подле.
Князь Виид молча вернулся к сыновьям.
Возле упавшего старшего сидела красивая темноволосая девушка, осторожно придерживая его голову и глядя на князя с испугом.
Благоразумно спрятался меж уцелевших деревьев медведь — еще юный и неспособный причинить ему вред, но с огромным потенциалом — раз еще жив после схватки с «виртуозом» и способен думать быстро.
— Он тоже не знает
