«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
все решим.
– Демоны с вами, – кусал он губы. – Впрочем, вы и сами демоны, если сможете это сотворить…
– Ваше сиятельство! – возмущенно ворвался в кабинет Семен Ааронович. – Это какие-то жулики, это мошенники! Я отказываюсь с ними работать!
– Что случилось?
– Этот татарин и казах, – упрямо ткнул он назад, указав точно в объявившиеся на пороге деловитые физиономии, – они ставят запятые в самых неожиданных местах! Я вас сердечно прошу, убедите контрагента нанять специалиста в какой-нибудь уважаемой конторе! Это же невозможно работать!
– Семен Ааронович, у вас есть контракт с последними правками?
– Он у этих жуликов!
– Дайте сюда, – вздохнул князь Черниговский.
Получил увесистый том, исчерканный и вновь украшенный убористым почерком, из рук одного из молодых проходимцев.
Щелкнул ручкой, достал княжескую печать.
– Ваше сиятельство, вы же не собираетесь подписывать, не читая?! – возмутился юрист.
И князь, неохотно кивнув, все же был вынужден пробежаться по тексту взглядом.
– «Заточить Еремееву Нику в башню на десять лет или до рождения сына…» Это зачем? – удивился Черниговский.
– Вы подписывайте, подписывайте!
– Слушайте, мы согласны не ограничивать ей свободу. Семен Ааронович, зачем это?
– Это их условие. Как и обеспечение ее безопасности.
– Какая-то чушь…
– Кажется, нас тут не уважают, – переглянувшись, решительно направились на выход чужие юристы.
И Дмитрий отчего-то тоже встал, чтобы откланяться.
– Стойте! Я подпишу, – остановил их князь Черниговский.
В присутствии вызванного посредника и своих «виртуозов» поставил размашистый вензель, закрепил оттиском печати и перестал быть князем официально…
– Все вон, кроме Дмитрия.
…но остался князем в душе.
– Сейчас я могу увидеться с Максимом? – хмуро спросил Черниговский, когда дверь мягко затворилась, отсекая посторонних.
– Ваше нынешнее положение предполагает некий карьерный рост, – вежливо ответил помощник Максима. – Возможно, на следующих его ступенях вы сможете встретиться с господином.
– А сейчас я кто – кухарка? – буркнул он.
– Вы крайне опытный администратор и управленец в вашем регионе, – столь же тактично похвалил его Дмитрий. – Развивайте княжество, и награда не заставит себя ждать.
– Мое управление начнется с массовых убийств, – растер он щеки руками.
– Полагаю, оно будет мирным и результативным.
– После всего, что ты мне сказал… И если это правда…
– Она уже сбежала, князь. Как и ваши дети, – смотрели на него сочувствующие глаза.
– Я желаю, чтобы ее доставили ко мне. Хочу с ней говорить.
– Значит, вам будет что попросить у господина.
– Попросить?.. – не понимая, уточнил Черниговский.
– Вы же не думаете, что все будет по-прежнему? – еще раз стегнула его неприятная реальность, заставив поморщиться. – Но в этом есть и приятная сторона.
– И какая же?
– Скоро все перестанет быть прежним и для остальных.
Эти торопливые шаги на грани панического бега. Не важно, изящные туфли или лакированные штиблеты, гуччи или прада – беспокойство звучит одинаково.
В такт заполошного сердцебиения, беспокойство переносят в кожаных портфелях и сшитыми в роскошные гроссбухи, в записках на листке или тщательно проговаривая наизусть запомненный текст.
Они смотрят наверх, бегут по лестницам к небу – вся эта высокородная шваль с длинными династиями и древними гербами, за которой не осталось сил и влияния решить проблемы самим.
Где-то на этом пути им придется забыть про гонор. Исчезнет и сотрется на этих ступенях заносчивость и высокомерие. Истает в бесконечных тупиках и развилках нетерпеливость, забудутся громкие титулы и поколения благородных предков.
И тогда, скромными и покорными просителями, они придут к нему. Как в банк – желая взять власть, счастье и удачу взаймы.
Никакой пошлости, вроде золота или денег. Он этим не торгует.
Смерть врага? Решение судебного спора? Богатого жениха княжеских кровей? Ну же – придумайте страсть поинтереснее, замысел помасштабней! Распахните душу, полную обид и амбиций, дайте волю эмоциям! Здесь вас возьмут за руку и проведут к мечте.
Только не забудьте, что все имеет свою цену. Не деньгами и золотом, разумеется. И даже не обещаниями преференций и лояльности – ну что за наивность, когда их уже держат за глотку и не отпустят
