«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
вообще никак. Рабочие в растерянности, бригадиры чешут седину через каски, наша китаянка прячется на всякий случай на верхних этажах, а Ника хочет нормально выспаться. Мне – не приходить.
Пришлось заночевать в большом доме. Тогда казалось – одному.
Но через час вернулся Михаил, демонстративно показав список, по которому ему следовало делать обзвон. Вернулся молчаливый и хмурый Артем, недовольно хлопнув входной дверью, протопав на верхний этаж и захватив первую попавшуюся спальную комнату. А потом Пашка отзвонился и уточнил, осталось ли что-нибудь из еды – дома он внезапно ощутил страх перед пищей, приготовленной незнакомыми столичными слугами. Тут же приносили еду с общей столовой Долгоруких – и ели мы в четвертом из общего котла, проверив на всякий случай трижды разными артефактами и добровольцем-Михаилом.
Четыре человека для такого здания – пустяк. Но каким бы не был огромным дом, главным местом встреч все равно останется столовая.
Первым там оказался Пашка, потом к нему присоединился я, потому что до того рассчитывал поесть у Ники. Потом Паша ушел и его место занял Артем, деловито выскребший оставшееся жаркое из котелка. На запахи явился Михаил со своими распечатками, грустно посмотрел на пустой котелок и пристроился за край стола, деловито делая пометки возле имен, выразительно на меня поглядывая. Мол, есть вопросы – надо обсудить. Или «отними у Шуйского для меня немного еды», но это еще никому не удавалось.
– Родня требует, чтобы первой женой была местная. – Отложив ложку, выдохнул княжич Шуйский.
И это я у него ничего не спрашивал – сидел себе, изучал карту Москвы.
– То есть, из империи. – Добавил он, протарабанив пальцами по столешнице.
И тоже смотрит на меня так выразительно, что либо я должен решить его проблемы, либо найти еще жаркое.
– Михаил, отзвонить в службу обеспечения, что у них на поздний ужин?
– Сию секунду, – оставив бумаги, заспешил рядовой Ломов к телефону в холле.
– Теперь говори, – сложил я карту с пометками несколько раз и убрал себе на колени.
– Да, я собственно, все сказал. – Чуть ссутулился Артем. – Если ослушаюсь – отрекут от княжеского престола.
– Ого. Допекло их.
– Те три сотни беспилотников стали последней каплей. Я им пытался объяснить, что с родственников денег не берут. – Княжич поднял взгляд и мрачно добавил. – Оказывается – берут.
– Так возьми себе какую-нибудь неглупую. Объясни, что будет декоративной.
– Во-первых, ни одна не захочет такой быть. – Загнул палец княжич. – Во-вторых, я не хочу быть вдовцом! – Закрыл он с силой все остальные. – Инка их всех убьет! – Прошипел он, автоматически оглянувшись по сторонам.
– Или тебя. – задумчиво поддакнул я.
– Или меня, – невольно повел Артем рукой по шее. – Она как-то мне показала огромную золотую медвежью челюсть. Литье и явный новодел. Шутя покрутила рядом с моим лицом. Я отшутился, что рано мне примерять такую. А она, мол, изменять не будешь, так вообще не придется…
– Ну, стоматология сейчас хорошая…
– Максим! – Возмутился княжич.
– Что? Да тут ответ на поверхности – просто долго ищи невесту, – пожал я плечами. – Там месяц пройдет, получишь свое золото и улетишь.
– Так невесты меня сами искать станут… – взгрустнулось Артему, а рука его подхватила ложку и поскребла по пустым стенкам.
– Ну когда гусар боялся женщину? – Возмутился уже я.
– Ты свою запер в башню и боишься к ней подходить, чтобы она не ломала твои планы. – Обвинительно указал он на меня ложкой.
– Я каждый день у нее, чтобы ты там себе не думал. – Огладил я ус. – Ну, кроме сегодняшнего… А ты прекрати хворать и печалиться. Вот подойдет к тебе леди – ты ей «мадемуазель, а вы умеете делать сальто назад?». Понятно, что нет. А ты ей сразу «жаль», и в сторону отходи.
– М-да? А если умеет? – Заинтересовался Артем.
– Тогда тоже скажи «жаль» и отходи. – Пожал я плечами. – Принцип одинаковый. Только вопрос другой придумай.
– Нет, ну нормальный вопрос… – Задумался Шуйский.
– Господа, ужин скоро будет, – довольным вернулся Михаил.
– Миша, а ты умеешь делать сальто назад? – Встретил его вопросом Артем.
– Н-нет, но могу научиться.
Артем тут же посмотрел на меня с возмущенным видом.
– Это было для примера. В общем, пойду я спать, – махнул я на него рукой, заметил бумаги рядового на краю стола и уточнил. – Михаил, что у тебя?
– А! По вашему списку. – Подхватил он листки и тут же пересобрал в понятном только ему порядке. – Я дозваниваюсь, но там никто не понимает русский язык. Я начитываю текст, а они почти всегда бросают трубку. Может, стоит перевести приглашение на их языки?
