«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
– не после того, как клану пришлось долго и упорно отмываться от делишек Зубовых, запятнавших имя клана. Пашка оставался моим другом, но не его – и я осторожно кивнул Артему в знак подтверждения.
Чутье – оно и есть чутье.
– Господа? – Вежливо постучался слуга. – Весьма раздосадован, что вас приходится беспокоить, но за порогом делегация клана Го и посол Поднебесной.
– Паша? – обратил я взгляд на Борецкого, достаточно нервно поднявшегося с места и протершего ладони о штаны.
– Я разберусь, – отреагировал он на концентрированное внимание к своей персоне, приосанился и невозмутимо отбыл вместе со слугой.
– Бумаги надо сжечь. – Продолжил я молчаливую беседу с Артемом, стоило двери затвориться.
Огнем я не владел – это стихия, подвластная Шуйским. А кидать все в камин, с риском, что какой-то листочек останется под золой – в меньшей мере непрофессионально.
– Считаешь, больше ничего интересного не будет? – Шуйский положил руку на стопку бумаг, и те стали быстро истлевать, постреливая крошечными искорками.
Я подошел к окну и отворил тяжелые ставни, впуская свежий воздух взамен аромату горелого дерева.
– Будет наверняка. Но сжечь надо сейчас.
Иначе Пашка наверняка захочет полюбопытствовать, что мы с Артемом рассматривали, и о чем молчаливо переглядывались. Он тоже – далеко не дурак.
– На сегодня завершаем работу. – Погасил я компьютер, выключил принтер, и прикосновением руки превратил электронику в выжженный кусок металла, чтобы разведка Долгоруких ничего не извлекла из памяти.
Флешка с информацией оставалась в кармане.
– Все настолько плохо, что Паша не должен знать? – Шуйский принялся деловито и с большой охотой сваливать все документы в одну кучу.
– А Паша в первую очередь Борецкий или наш друг? – Открывал я другие окна, одергивая занавески обратно.
Ветер лениво колыхал ткани, а уличный свет добавлял надежды в тягостное настроение рабочей комнаты.
– Надеюсь, ты не спросишь так про меня. – Буркнул Артем, уничтожая бумаги. – Впрочем, не тот случай. Потому что я, толком, все равно ничего не понял, – вздохнул он, разгоняя дым от себя движением ладони. – Кроме того, что эти документы для чего-то собраны. Что-то общее в этих останках. Неправильно собирать эти сведения просто так и хранить рядом с такими горячими документами.
– Ты посмотри лучше, нам Пашку выручать не пора? – отвлек я Шуйского от размышлений, выглядывая из окна на представительную процессию китайцев, на повышенных тонах и на чужом языке отчитывающих Борецкого в гусарском мундире.
Артем с интересом выглянул за окно вместе со мной, перегнувшись через подоконник второго этажа.
Но не успели мы вмешаться, как Пашка резко выполнил разворот через левое плечо и чеканным шагом молча удалился обратно в здание.
– Ну знаете ли! – гневно хлопнул он дверью, возвращаясь в кабинет. – Я будущий офицер империи!
– Что случилось? – Полюбопытствовали мы.
– Говорят, что я не имею права демонстрировать зад в Инстаграме!
– Нет, ну офицера так оскорбить… – Покивали мы с Артемом.
Пашка замялся, резко покраснел и суетливо занял свое место за столом.
– Дело в отношении! – Веско озвучил он свою позицию.
– Полностью тебя поддерживаю, – присел я рядом.
– Да дело-то пустяшное! – Приподнялся было Борецкий, но рядом занял место Артем, аккуратно положив тому руку на плечо.
– Не может быть пустяшным мероприятие, где Шуйские занимают третье место! – Внушительно произнес тот.
– Вот-вот. Надо просто установить награду за второе место, – поддержал я. – Тогда Го поймут всю целесообразность мероприятия!
– Думаете? – Задумался Пашка.
– Да с твоим вторым местом, я бы сразу давал генерал-майора! – В сердцах хлопнул я по столешнице. – Не в гусарах, но МВД например. У меня там тесть работает.
– Чушь какая. – С сомнением возразил Борецкий.
– Да что бы они знали про наши традиции!
– Вон, Максима за усы в корнеты произвели. – Поддакнул Артем.
– Вы сейчас издеваетесь, да? – С подозрением посмотрел Пашка на наши невозмутимые лица.
– Мы гордимся тобой, вольноопределяющийся! – Положил я свою руку на свободное плечо.
– Тем, что я догадался, что вы издеваетесь? – Убрал он наши руки и чуть отстранился, сложив руки на плечах.
– Отнюдь! – возмутились мы с Артемом. – Просто желаем поддержать товарища!
– Кстати, где бумаги? – Нервно посмотрел Пашка по сторонам.
– Уничтожили на всякий случай.
– Китайцы, – веско подтвердил Артем.
– Да ну их… – Буркнул Борецкий, махнув рукой. – Ведут себя, как будто меня с отцом купили.
