«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Артем воздуха, с некоторым неверием выдыхая. – Выходит, утечка из спецчастей. Пусть ищут предателя среди своих.
– А если у них тоже все на месте? – Уточнил я.
В дверях мелькнул тесть – страшно напряженный, раздосадованный и накрученный обстановкой. Министру МВД тут быть обязательно, уж больно ранг произошедшего высок – но слышать, что в тереме с подозреваемыми сидит муж дочери, не добавит настроения никому.
Поймав его взгляд, успокаивающе кивнул. Тот вопросительно поднял бровь, мне не поверив.
Я листнул страницу в блокноте и объемными заштрихованными буквами вывел «Два дня». После чего потерял интерес к очередному балету его бровей, и вернулся к созерцанию раздумывающего товарища.
– Считаешь, беспилотник – подделка? – Вопросительно посмотрел Артем. – Тогда любая экспертиза это выяснит.
Разговаривать ему удавалось с трудом – он изрядно шепелявил при произнесении клятвы, но боль как-то отходит в сторону, когда под угрозой жизнь.
– Я уверен, он настоящий. – Побарабанил я пальцем по столешнице. – Иначе с чего бы вся театральность? Падающие обломки с неба, на самой границе сил…
– Его высочеству очень повезло. – Перебил меня Шуйский. – Надо благодарить провидение – и я лично заложу часовню, что он нашел сына до того, как он погиб.
Наследник был жив – и в этом была самая главная причина, почему у нас тут такой комфорт со стульями, столом, телефонами и без цепей на блокираторах. Привилегии – привилегиями, а безумие безутешного отца – оно над законом.
– Великая радость, что аппарат был сбит. – Голосом давил Артем. – Надо просто выяснить, кто использовал оружие империи, обернув против владельца.
Нас слушали – и вся эта экспрессия была в первую очередь для них.
Я крутанул пуговицу на вороте мундира, и с треском выдернул ее из сукна, бросив в центр стола.
Пленка плотного кремового марева немедленно окружила пространство, замыкая нас и нехитрую мебель внутри вращающейся сферы.
– Там кто-то крикнул о тревоге, – меланхолично отметил я. – Значит, времени у нас немного.
– Ты совсем ошалел?! – Отстранился Артем от стола и с ужасом посмотрел вокруг. – Мы – непричастны! Я только что проверил! Ты зачем все испортил?! Убери, убери это немедленно!!
– Минуты две, я думаю, – проигнорировал я друга, поворачиваясь к столу вполоборота.
Смотреть прямо на разошедшегося княжича не хотелось. У него звериное просыпается, когда в бешенстве – не любит прямой взгляд.
– Максим, не надо усугублять. – Навис Шуйский над столом. – Мы – не заговорщики, нам нечего таить!
– Ломать защиту они не станут, первое время. Дождутся принца, – прикидывал я действия. – Тогда мы снимем щит, и ты подтвердишь, что я мог владеть беспилотником особой серии.
– Ты рехнулся? – Сел Артем обратно за стол.
– У меня они действительно есть. – Пожал я плечами.
Шуйский некоторое время осознавал сказанное.
– Это ты пытался убить принца?
Я промолчал, подняв рукав мундира и отсчитывая секунды, глядя на часы.
– Отвечай! – Грянул громом голос Артема, а кулак чуть не разнес столешницу – замер буквально в миллиметре…
Или столешница присела от испуга.
– Для того, чтобы ты поклялся в моей непричастности перед цесаревичем? – Отрицательно покачал я головой. – Этого не будет.
– Тогда зачем?! Зачем ты ограбил наше производство?! Зачем послал ко всем демонам нашу дружбу, которой больше нет?!
– Ну, тут есть такое дело, – поочередно прикоснулся я к телефонам, Силой выжигая в них жуки. – Что грабил я не вас.
Спокойно посмотрел я на Артема.
– А кого? – звенел его голос.
– Был у вас такой родственник. Твой дядя, Элим. С грандиозными планами на жизнь. За полгода память никуда не ушла?
Шуйский напряженно ждал продолжения.
– Вы его не отслеживаете, нет? Как там продвигается его обет искупления…
– Максим! – Мельком глянув на секундную стрелку на моих часах, чуть ли не прорычал Артем.
– Тебе придется поклясться за всех Шуйских, что вы тут ни при чем. А потом вам напомнят про Элима. Формально, он отречен от рода, и твоя клятва будет работать. Но тогда расследование возьмется за него вплотную. И вот тогда… Тогда всплывут составы с людьми в опечатанных вагонах, – положил я ногу на ногу и сцепленные в замок руки поверх колена. – Которые ходили под вашими гербами. Про беспилотник забудь, – небрежно дернул я плечом. – Вас будут уничтожать за работорговлю.
– Погоди с признанием и дай мне день во всем разобраться.
– У тебя не будет дня. – Отрицательно повел я головой. – У тебя даже десяти секунд нет.
– Чем мне поможет твоя смерть?!
– Принц справедлив,
