«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Недовольно посмотрел я на телефон.
– Зато теперь тебя легко отличают от деда. Он – палач ДеЛара, ты – висельник ДеЛара. – Добавили с весельем в голосе.
– До связи, Шуйский Хвост С Белым Пятнышком.
– Это возмутительно! – Пробормотали в трубке, но я нажал на завершение вызова.
И продолжил ничего не делать, махая лопатой, скатывая снеговиков, просматривая прогнозы погоды и греясь возле камина.
Так бывает – когда приходится ничего не делать, потому что есть порядок вещей в мире, который невозможно ускорить.
Но через шесть дней почтовый курьер, вместе с остальной корреспонденцией, вертолетом доставил и плотно обернутый прямоугольный сверток гранью в ладонь, со штемпелями поднебесной.
– Приехало, – принял я сверток и повернулся к деду, с интересом изучавшему вместе со мной посылку на взлетной площадке.
Сверток был примечателен так же короткой заметкой службы безопасности Юсуповых – «проклято», «отравлено», «очищено» – в три строчки, отдельными штампами различных служб.
Рядом стоял курьер, терпеливо дожидаясь ответной корреспонденции или изустного послания, если таковое потребуется немедленно передать. Винтокрылая машина дожидалась заглушенной. Обычная процедура обмена письмами.
– Кто же такой тебе пишет? – Вежливо поинтересовался князь, ледяными глазами изучая штампы.
– Вскроем? – Улыбнулся я ему, развязывая тесемки и скидывая оберточную бумагу.
За первым слоем бумаг оказался еще один – плотный слой бумаг, как оказалось, коконом скрывал небольшую по размерам деревянную коробочку. Обертку унесло порывом ветра, вызвав недовольный вид деда – но я видел, что на нашу территорию, и позволил ветру это сделать. Зато освободились обе руки, чтобы осторожно открыть коробку и подхватить на лету плохо закрепленный перстень, вывалившийся из нее.
Взвесив его в руке, крепко сжал, скидывая через это действие все внутреннее напряжение. Перекинул в другую ладонь и с улыбкой показал деду.
– Как тебе? – Поднес я печатку с гербом ДеЛара поближе к его лицу.
А затем чуть повел рукой, указывая гербовые клейма Миттал, Салот, Ялин, Бюсси, Виид, Мбака, Намаджира, Мгобе, Куомо, Паундмейкер и Ли, опоясывающие перстень. Некоторые выглядят грубо, иные смотрятся произведением искусства. Восемь выставлены на кольцо сразу. Еще три пришлось ждать почти три недели – пока семьи Куомо, Паундмейкер и Ли ставили клейма вместо своих мертвецов. Ли упрямились дольше всех, затягивая с оформлением, оттого пришлось ждать так долго – да и знак поставили намеренно криво. Но куда важнее, что клеймо подлинное, как и все остальные – признающие владельца перстня «виртуозом».
– Поздравляю, внук. – Впечатлило и пробрало даже палача ДеЛара.
У него тоже были клейма на перстне – но как и у всякого самопровозглашенного виртуоза, ставил он из себе сам: фамилиями виртуозов, убитых собственноручно.
– Теперь в роду два ДеЛара, которые вправе охранять крепость Биен. – Поднял я на него взгляд. – Клятва была в том, что достаточно всего одно. Теперь ты можешь пойти и убить своих врагов.
Палач ДеЛара молча смотрел на перстень.
– Отомстить за супругу. – продолжил я, словно подталкивая его словами. – Твои враги – они все сидят в Любеке, запершись в своих роскошных дворцах. Но они не ждут, что ты придешь. Они расслабились за эти годы, перестали бояться, потеряли бдительность. Вертолет за твоим плечом, дед. Ты будешь там быстрее звонка от информаторов.
Тишина и неловкий перешаг с места на место от курьера за спиной.
– Но отчего-то ты не бежишь их убивать. – Констатировал я. – Зачем, если они умрут в пламени Механизма, верно, дед?
Князь поднял голову и вцепился в меня взглядом.
– Я видел медкарты Борецких. Я читал описания людей, которых медленно сожгли от пальцев ног до головы. Ты пытал их, пытаясь найти ответы – и скрупулёзно собирал информацию. Охотился на каждого Борецкого, как одержимый. Это ты подобрал княгиню из воды и поселил рядом с собой, терпеливо дожидаясь, когда она вновь обретет память. Ведь княгиня, преданная всеми, пожелает того же самого, что и ты сам. Сжечь этот мир до тла.
– Не люби, – еле слышно произнес князь пересохшими губами.
– Но княгине повезло, верно? Вернули титул. Нашли наследника. Она больше не хочет смерти этого мира. И ты отступился. Ведь тебе важнее, что она не знает, как остановить конец света. А ты – знаешь.
Старик шагнул вперед, к вертолету, но я заступил ему дорогу.
– Я вижу, ты собрался мстить. Собрался красиво сдохнуть, ведь Механизм все равно уничтожит всех.
Сильная рука схватила за воротник и подтащила к искаженному яростью лицу.
– Если я убью
