Антология мировой фантастики. Том 3. Волшебная страна

огромного спутника, Квазера, волосы, глаза и тело которого были одинакового серого цвета, вместо того, чтобы рассматривать живописную персону Бенони, Распорядителя Игр. — Что вам нужно? — спросил тот. Смейдж продолжал таращить глаза и моргать, пока Квазер не заговорил, наконец, голосом, похожим на флейту: — Мы хотим кое-что сообщить. — Я слушаю. Говорите, — ответил Бенони. — Мы кое-кого узнали. Он здесь, и это может причинить некоторое беспокойство. — Кто же это? — Прежде, чем я смогу ответить, подойдем ближе к свету. Распорядитель игр покрутил головой на толстой шее. Когда он по очереди посмотрел на них, его янтарные глаза блеснули. — Если вы решили пошутить… — начал он. — Нет, — не дрогнув, ответил Квазер. — Ну, ладно. Следуйте за мной. — Он вздохнул, и, взмахнув оранжево-зеленым плащом, повернулся, направляясь к ярко освещенному навесу. Тогда он вновь обернулся к ним. — Здесь вам довольно света? Квазер огляделся. — Да, — сказал он. — Здесь нас ему не подслушать. — О ком вы говорите? — спросил Распорядитель Игр. — Известен ли вам некий Джек, который всегда слышит свое имя, если его произнесли в тени? — Джек-из-Тени? Вор?.. Да, я слыхал о нем. — Потому-то мы и хотели поговорить с вами на ярком свету. Он здесь. Мы со Смейджем видели его всего несколько минут назад. Он разглядывал Пламень Ада. — Господи! — Распорядитель Игр вытаращил глаза и забыл закрыть рот. Он украдет его! — сказал Бенони. Смейдж перестал теребить усы ровно на столько времени, чтобы несколько раз кивнуть. — А мы явились, чтобы попытаться выиграть его, — засопел он. — Если его украдут, мы не сможем этого сделать! — Надо его остановить, — сказал Распорядитель Игр. — Как вы думаете, что делать? — Ваша воля тут закон, — сказал Квазер. — Верно… Возможно, следует засадить его в тюрьму до окончания Игр. — Тогда, — сказал Квазер, — нужно убедиться, что там, где его схватят, или там, где его запрут, не будет никакой тени. Говорят, его чрезвычайно трудно удержать где-либо — особенно, если там есть тень. — Но тут везде тень! — Да. В том-то главная сложность, когда сажаешь его под замок. — Ну, тогда решение проблемы — яркий свет или полная тьма! — Но если вы не установите все светильники под нужными углами и вне пределов его досягаемости, — сказал Квазер, — он сможет создать тени и воспользоваться ими. А если ему удастся зажечь хоть крошечный огонек, тени тоже появятся. — Какую силу черпает он из теней? — Не знаю никого, кто знал бы точно. — Значит он человек тьмы? Не простой смертный? — Поговаривают, что он — порождение сумерек, тех, что предшествуют тьме. Там всегда множество теней. — Ну, тогда в нашей программе — Навозные Ямы Глива. — Жестоко, — сказал Смейдж и хихикнул. — Пошли, покажите мне его, — сказал Распорядитель Игр. Они вышли из-под навеса. Серый цвет неба у них над головой переходил в серебряный на востоке и в черный на западе. Небо было чистым. Тьма над вздымавшейся горной грядой была усеяна звездами. Они шли по освещенной факелами дорожке через территорию лагеря, направляясь к павильону, в котором находился Пламень Ада. На западе трепетали огоньки — казалось, у той черты, за которой находились храмы беспомощных богов. Когда они подошли к открытому с боков павильону, Квазер тронул Бенони за руку и мотнул головой. Распорядитель Игр проследил направление его жеста. Там, прислонясь к подпирающему навес столбу, стоял высокий худой человек. Он был темноволосым, смуглым, а в чертах его лица было что-то орлиное. Он был в сером, через правое плечо был переброшен черный плащ. Человек курил какую-то травку из тех, что растут в царстве тьмы, и дым в свете факелов казался голубым. Некоторое время Бенони рассматривал его. Он испытывал чувство, знакомое человеку, столкнувшемуся с существом, рожденным не женщиной, а чем-то темным и загадочным. Люди в таких случаях держатся подальше. Он сглотнул, потом сказал: — Можете идти. — Мы бы хотели помочь… — начал Квазер. — Можете идти! Бенони посмотрел им вслед, потом пробормотал: «Бьюсь об заклад, один продаст другого». Он отправился за яркими факелами и стражей. Во время ареста Джек не пытался ни спорить, ни сопротивляться. Пойманный в центр светового круга, окруженный вооруженными мужчинами, он медленно кивнул и подчинился их приказаниям, не сказав за все это время ни слова. Его отвели в ярко освещенный шатер Распорядителя Игр. Джека вытолкнули к столу, за которым сидел Бенони. Стражники задвигались, чтобы снова окружить его фонарями и зеркалами, уничтожающими тень. — Тебя зовут Джек, — сказал Распорядитель Игр. — Я этого не отрицаю. — А иногда — Джек-из-Тени. Молчание. — Ну? — Мало ли, как можно называть человека, — ответил Джек. Бенони бросил взгляд в сторону. — Приведите их, — велел он одному из стражников. Тот вышел