В десяти томах «Антологии мировой фантастики» собраны произведения лучших зарубежных и российских мастеров этого рода литературы, всего около сотни блистательных имен. Каждый том серии посвящен какой-нибудь излюбленной теме фантастов: контакт с инопланетным разумом, путешествия во времени, исследования космоса и т. д. В составлении томов приняли участие наиболее известные отечественные критики и литературоведы, профессионально занимающиеся изучением фантастики. «Антология мировой фантастики» рассчитана на всех интересующихся такого рода литературой, но особенно полезна будет для школьников. Сон разума рождает чудовищ. Фантастика будит разум.
Авторы: Айзек Азимов, Саке Комацу, Клайв Стейплз Льюис, Толстой Алексей Николаевич, Желязны Роджер Джозеф, Брэдбери Рэй Дуглас, Ефремов Иван Антонович, Гаррисон Гарри, Рей Жан, Гансовский Север Феликсович, Лейнстер Мюррей, Гамильтон Эдмонд Мур, Муркок Майкл Джон, Блох Роберт Альберт, Хаецкая Елена Владимировна, Лавкрафт Говард Филлипс, Конан Дойл Артур Игнатиус, Головачев Василий Васильевич, Орлов Алекс, Саймак Клиффорд Дональд, Говард Роберт Эдвин, Смит Джордж Генри, Андерсон Пол Уильям, Вэнс Джек Холбрук, Дивов Олег Игоревич, Трускиновская Далия Мейеровна, Кудрявцев Леонид Викторович, Биленкин Дмитрий Александрович, Вейнбаум Стенли, Олдисс Брайан Уилсон, Ван Вогт Альфред Элтон, Дель Рей Лестер, Клейн Жерар, Сильверберг Роберт, Калугин Алексей Александрович, Тургенев Иван Сергеевич, Говард Роберт Ирвин, Мэйчен Артур Ллевелин, Дик Филип Киндред, Саломатов Андрей Васильевич, Миллер-младший Уолтер Майкл
же направлении, куда бежала лиса, и его любопытство все возрастало, так как пушистая бестия то и дело выскакивала из туманной мглы и снова скрывалась в ней. Гончие, напротив, следовали за ним нехотя, очень быстро утратив всякий интерес к тому, что проделывает какая-то дурацкая лиса. Загадка ее необычного поведения разъяснилась в один миг, когда из сумерек неожиданно выскочил не кто иной как Лурулу. Это с ним играла лисица.
— Человек, — громко сказал на языке троллей Лурулу, обращаясь то ли к самому себе, то ли к лисице, своей подруге по играм.
Орион сразу вспомнил существо, которое когда-то появилось в его детской с амулетом времени на пальце и которое так забавно прыгало по полкам и потолку, не на шутку разозлив Жирондерель, опасавшуюся за свою посуду.
— Тролль! — воскликнул Орион на том языке, слова которого нашептывала ему Лиразель, рассказывая сказки народа троллей и напевая ему их древние песни.
— Кто ты, знающий язык троллей? — спросил Лурулу.
Орион назвал свое имя, но оно ничего не говорило троллю. Впрочем, он тут же присел, чтобы немного порыться в том, что заменяет троллям нашу человеческую память, и, перебирая множество мелких воспоминаний, избежавших губительного влияние времени, царящего в знакомых нам полях, и сонной апатии эльфийского безвременья, почти сразу наткнулся на впечатления, оставшиеся от посещения Эрла. Тогда тролль внимательно посмотрел на Ориона и принялся размышлять. Но тут Орион назвал ему имя своей августейшей матери, и Лурулу тотчас исполнил то, что известно среди троллей Страны Эльфов как «самоуничижение по пяти точкам», а именно пал на колени и прикоснулся к земле лбом и локтями. Выразив таким образом свои чувства, он взвился в воздух высоким прыжком, так как почтение было вовсе не в его характере.
— Но что ты делаешь в человеческих полях? — спросил Орион.
— Играю, — ответил Лурулу.
— А чем ты занимаешься в Стране Эльфов?
— Наблюдаю время, — сказал тролль.
— Мне бы это было неинтересно, — небрежно заметил Орион.
— Просто ты никогда не пробовал, — возразил Лурулу. — В человеческих полях нельзя этим заниматься.
— Почему? — удивился Орион.
— У вас время слишком резвое.
Молодой лорд некоторое время обдумывал ответ, однако так ничего и не понял, так как, ни разу не побывав за пределами известных нам полей, он был знаком только с ходом нашего, земного времени, сравнить которое Ориону было не с чем.
— Сколько лет пронеслось над тобой с тех пор, как мы в последний раз виделись в Эрле? — задал вопрос Лурулу.
— Лет? — переспросил Орион.
— Должно быть, не меньше ста, — предположил Лурулу.
— Почти двенадцать, — сказал Орион. — А над тобой?
— А для меня все еще сегодня, — беспечно ответил тролль.
Ориону сразу расхотелось говорить о времени. Ему не нравилось обсуждать вопросы, в которых он разбирался гораздо хуже какого-то тролля.
— Не согласился бы ты быть моим доезжачим и с кнутом бежать за моими гончими во время охоты на единорогов в человеческих полях? — спросил он.
Лурулу внимательно посмотрел на собак и заглянул в их темно-карие глаза, а псы потянулись к нему исполненными подозрений носами и стали принюхиваться.
— Это же собаки, — сказал Лурулу с таким видом, словно сей факт говорил не в их пользу, — но у них приятные мысли.
— Значит, ты согласен? — уточнил Орион.
— М-м… да, пожалуй, — кивнул тролль.
И тут же, не сходя с места, Орион вручил ему свой собственный длинный кнут, а сам затрубил в рог и в сумерках пошел прочь, велев Лурулу собрать свору и вести ее следом.
При виде тролля с хлыстом псы слегка забеспокоились и снова начали принюхиваться к нему, однако так и не смогли признать в нем человека. Подчиняться же существу, которое было не больше их ростом, гончим не хотелось. В первый момент они подбежали к нему просто из любопытства, а насытив его, стали с отвращением разбегаться в разные стороны, мигом позабыв об охотничьей дисциплине. Оказалось однако, что многочисленными способностями щуплого на вид тролля не стоило пренебрегать, да еще с таким вызывающим видом. Кнут в руке существа с той стороны границы, казавшийся в его тонких пальцах втрое больше обычного, неожиданно взлетел вверх, потом метнулся вперед и с сухим щелчком коснулся кончика собачьего носа. Пес взвыл, удивленно оглядываясь, а его товарищи неуверенно замерли на полушаге, очевидно полагая все происшедшее случайным, но кнут снова свистнул в воздухе и с меткостью еще большей щелкнул по другому собачьему носу. Тогда гончие увидели, что вовсе не слепой случай направил эти жалящие удары, а точный глаз и верная рука. С этого момента вся свора стала почтительно благоговеть
