Антуриум

о себе знать тупой болью, разносящейся по всему телу от каждого толчка парня. Он же без жалости продолжал проталкивать свой член все глубже.
— Пожалуйста… Хватит… Мне больно… Не надо.
Девушка тихо простонала в надежде на жалость насильников. Фокс, который по прежнему держал ее за одну из рук, наклонился и тихонько с улыбкой сказал:
— А ты расслабься, немного потерпи и полегчает — растянешься.
Парень свободной рукой сильно сжал порезанный сосок пленницы. Келли непроизвольно вскрикнула, выгнулась и сжалась, отчего внутри девушке стало еще больнее.
А вот насильнику это наоборот очень понравилось и он сильно впился пальцами в другую грудь. Девушка снова выгнулась от боли и простонала в голос, раскрыв рот. Стоило ей это сделать, как внутри оказался большой палец, прижимающий язык к низу. На этот раз в игру подключился блондин. Остальной ладонью он крепко держал нижнюю челюсть, прижимая щеки к зубам и тем самым не давая рту девушки закрыться. Келли оставалось только стонать, терпя терзания ее груди и промежности.
И вот, наконец, главарь ускорился, входя в нее с такой силой, что девушка вырвала лицо из хватки блондина и, не сдерживая криков боли, что было сил вцепилась ногтями в рукава парней, державших ее. Босс с довольным рыком кончил, до синяков впившись пальцами в ее бедра. И, сделав еще несколько движений, отпустил ее, сделал шаг назад и застегнулся.
Подчиненные же с некоторым недовольством посмотрели на него.
Тот виновато улыбнулся и пожал плечами.
— Ну простите, не сдержался. Я все исправлю.
Келли, стараясь прийти в себя даже не пыталась понять суть разговора. Она просто лежала закрытыми глазами, считая, что на этом ее мучения закончились. А зря…
Айзек отошел к барной стойке, взял оттуда небольшое махровое полотенце, затем подошел к бильярдному столу, взял кий, намотал ткань на тупой конец и грубо втолкнул эту конструкцию девушке между ног. Девушка резко выгнулась, закатила глаза и даже перестала дышать. Ощущения были настолько внезапны и отвратительны, что пальцы на ее руках и ногах мгновенно свело судорогой. Фоксу и Хью такая реакция показалась на удивление забавной и они оба засмеялись, не переставая крепко держать жертву.
Брюнет же усмехнулся и несколько раз провернул палку с тряпкой внутри девушки, проталкивая ее глубже и заставляя пленницу выгибаться и закатывать глаза с новой силой. Сейчас она не могла даже вскрикнуть, лишь тихо хрипеть.
Брюнет вытащил из нее эту конструкцию. Полотенце, ранее бывшее белым, теперь было измазано спермой насильника вперемешку с кровью.
— Ой…
Босс виновато хихикнул и поднял вверх руку, обозначив жестом незапланированный перерыв.
К месту действия тут же подошел парень в белом халате, на ходу напяливая медицинские перчатки.
— Док, я же не порвал ее в самом начале съемок?
Медик недовольно посмотрел на босса и аккуратно ввел в девушку два пальца. Та лежала неподвижно, лишь на мгновенье задержав дыхание в начале осмотра. Тщательно ощупав ее внутри, Док вздохнул, стягивая перепачканные кровью перчатки.
— Нормально все, капиллярная… Можно продолжать. Только дай ей передохнуть пять минут.
— А чего так много? — Айзек недоумевающе посмотрел на окровавленную тряпку.
— А потому что нефиг было в нее вчера ствол пихать! Все, что вчера ей раздербанил, сегодня еще сильнее разодрал.
Док подошел к девчонке и похлопал ее по щекам. Та лишь глухо промычала в ответ.
— И дайте ей попить, а то она у вас скоро отрубится от обезвоживания!
Спустя несколько минут Хью придерживал Маргаритку, сидящую на бильярдном столе, за плечи, не давая ей упасть. Девушка допивала второй стакан воды, пытаясь дожевать ломтик шоколадки, который ее настойчиво попросили съесть. Фокс же придерживал бокал, который так и норовил выскользнуть у пленницы из рук. И все это, пожалуй, было бы очень мило, если бы за этим не последовало дальнейшее продолжение съемок.
Стоило Келли прийти в себя, как Айзек махнул рукой, что означало возобновление съемки. Девушку тут же подняли с бильярдного стола и потащили в угол комнаты. Наконец настал момент мести блондином за его рассеченный лоб. Парень злорадно ухмыльнулся и плюхнулся в кресло, усаживая Маргаритку на свои колени, развернув ее к себе спиной и накинув ей на шею снятый с себя галстук. Стоило девушке почувствовать проникающий ей в задний проход палец, как она тут же с визгом подскочила. Однако галстук, конец которого Хью крепко держал в руке, сработал как удавка и девушка, задыхаясь и откашливаясь, была вынуждена приземлиться обратно, еще сильнее насаживаясь на разминающий ее анальное отверстие палец. Блондин довольно усмехнулся и