Антуриум

У тебя на мониторе написано.
— Черт! — последовала небольшая пауза, после чего голос снова ответил — Не могу разобрать. Мой сменщик пишет как курица лапой:…олия….нолия
— Магнолия?
— Да! — Парень явно обрадовался решению вопроса.
Док нервно взял с тумбочки сумку с инструментами.
— Понял, иду!
Маргаритка умоляюще посмотрела на врача:
— Гейл, что там? Что в моем сценарии?
— Прости, мне работать надо, — с этими словами парень открыл дверь и указав стоявшим у входа провожатым на девушку, — забирайте, — отправился вдоль по коридору.

Вернувшись в комнату, пленница первым делом попыталась вытащить из себя эту штуковину. Но ничего не получилось. Любая попытка лишь доставляла боль и ощущение, будто ее внутренности вот-вот вывернутся наружу. Ночью Маргаритка почти не спала. Стоило ей свыкнуться с заполняющим ее объемом, как прибор снова начинал жужжать и увеличиваться в размерах. Да к тому же из-за этой штуковины ей постоянно хотелось в туалет. Но толком справить малую нужду не получалось. Более-менее нормально уснуть у нее получилось только под утро, когда приспособление закончило свои пять запрограммированных циклов.
Утром завтрак ей принес Док, заодно избавив от мешающей нормально двигаться помпы. Маргаритка первым же делом бросилась в туалет в надежде освободить не дающий покоя мочевой. А вскоре после ухода Дока явился Фокс. Посмотрев на девушку он заявил: «Хреново выглядишь. Благо, для сюжета это не важно». Келли лишь угукнула в ответ.
Парень положил на кровать предназначенное для съемок одеяние. Девушка посмотрела на него с явной опаской. Это был потрепанный наряд, напоминавший одежду простого люда из фильмов про средневековье — затертое льняное платье грязно-синего цвета поверх украшалось легким корсетом на шнуровке. Пленница досадливо посмотрела на гостя, скинула с себя легкий халат на пол и послушно натянула выданный костюм. Фокс оценивающе взглянул на ее израненную спину, хмыкнул и туго затянул корсет, напомнив девушке о каждой болячке под ним, а после усадил ее на стул и достал из принесенной сумки средства для укладки волос. И уже скоро ее чистые причесанные волосы были уложены под стать наряду.
***
Когда Маргаритку втолкнули на съемочную площадку и сняли повязку с ее глаз, она оцепенела, увидев оформление студии, и обреченно заплакала, попятившись и жалобно скуля: «Не-е-ет! Не надо… Пожалуйста… Умоляю…». Но сопровождавший ее Фокс толчком в спину заставил пленницу вернуться в съемочную зону.
На стенах была имитация каменной кладки, а по всему помещению расставлены различные орудия пыток. Не бутафорских, а вполне работоспособных, ужасающих одним своим видом. Посреди комнаты у большого деревянного стола стояли двое. На их лицах красовались садистские ухмылки. Первым был Айзек в черной робе, а вторым парень по прозвищу Падший в костюме палача, который участвовал лишь в одних ее съемках — в первых, но которого она боялась не меньше, чем босса-психопата. В углу за столом сидел незнакомый ей человек с большим гусиным пером в руке и стопкой бумаги. Одет он был соответствующе и, видимо, находился там в качестве живой декорации.
Ей хватило одного взгляда на обстановку, чтобы понять: сюжет этих съемок — инквизиция, и сейчас ей устроят допрос с особым пристрастием.
Келли заметалась, в надежде найти хоть какой-то выход. Ей хотелось убраться отсюда немедленно, провалиться сквозь пол, вырубится, исчезнуть, только бы не представлять, как все эти жуткие предметы в ближайшие часы опробуют на ней. Когда Айзек схватил девчонку за плечи, инстинкт самосохранения сработал интуитивно. Келли отчаянно вскрикнула, рванулась из его хватки и изо всех сил ударила парня коленом в пах.
Парень взревел, схватившись за ушибленное место, согнулся и злобно зарычал сквозь зубы. Осознав свой поступок, девушка в ужасе попятилась в сторону. Но другой в костюме палача толкнул ее в спину, заставляя девчонку сделать несколько неуклюжих шагов вперед и снова оказаться возле босса. Айзек поднял на нее яростный взгляд, схватил пленницу за грудки и швырнул на деревянный стол, запрыгнув на нее сверху. Он вцепился руками в ее горло так сильно, что еще чуть-чуть, и сломал бы ей гортань. Девушка судорожно пыталась схватить ртом воздух, вцепившись в руки мучителя, но тот продолжал душить ее, прижимая к столу.
— Айзек! — раздался нервный выкрик врача, стоявшего возле входа на студию, — Айзек, остановись! Прекрати сейчас же! Айзек!
Босс гневно прорычал, но все же отпустил шею девушки и слез со стола. Келли жадно вдохнула, держась за горло и повернувшись на бок,