Антуриум

не было и здесь. Те же обшарпанные стены, те же железные двери. Дойдя до очередного поворота девушка в надежде осмотрелась. А после позади раздался яростный выкрик:
— Эй! Ты куда собралась?
Келли обернулась. Сердце ушло в пятки, отозвавшись щемящей болью в груди. В конце коридора стоял Айзек. Келли отчаянно шарахнулась за угол и рванула вперед. В голове промелькнула лишь одна мысль, захватившая сознание: «Бежать!». Она успела преодолеть всего несколько метров, прежде чем раздался выстрел, а следом за ним еще один.
За грохотом последовала раздирающая жгучая боль в плече, и практически мгновенно такая же боль разнеслась по ноге. Келли казалось, что ее насквозь от плеча до бедра проткнули железным прутом, но пули всего лишь прошли по касательной. Маргаритка с ревом грохнулась, повернувшись на бок и согнувшись от боли. И пока пленница корчилась лежа на полу, стрелявший подошел к ней и злобно оскалившись, пнул ее в живот, заставляя перевернуться на спину.
— Ну ты и дря-а-ань, — Айзек злобно процедил сквозь зубы, — каких еще сюрпризов от тебя ждать?
Келли с жалобным ревом распласталась на бетонном полу. Босс же продолжал свой монолог:
— Ты что же думала? Что сможешь вот так просто сбежать? Или тебе действительно настолько жить надоело? — Айзек поставил ботинок на раненное плечо Маргаритки и наступил, та взвыла, вцепившись в его ногу.
На звуки выстрелов начинали собираться люди. Кто-то наблюдал за происходящим с интересом, кто-то с нескрываемым ужасом. Работники были наслышаны о садистких наклонностях их главаря, но видеть жестокую расправу над пленницей в живую, приходилось впервые. Ведь обычно все происходило за дверями студий. С криком: «Пропустите!» и с камерой наперевес подлетел один из операторов, стараясь не упустить момента. Айзек присел возле лица девушки и хлопнул ее по щеке, заставляя открыть глаза.
— Если хочешь выжить, то тебе остается только смириться со своим положением и тер-петь, — Айзек сделал акцент на последнее слово, практически прошипев его по слогам.
Вид валяющейся в луже собственной крови жертвы, корчащейся от боли, отзывался нестерпимыми волнами возбуждения по всему телу насильника. Он встал, ботинком грубо развел ноги девушки в стороны и опустился между ними, расстегивая молнию на штанах и освобождая возбужденный орган. Парень взгромоздился над девушкой и резко без жалости вставил в нее свой член. Келли взревела еще громче. Его толчок откликнулся непереносимой острой болью по всему телу. Айзек начал двигаться сразу грубо и жестко, довольно рыча сквозь прикушенную от наслаждения губу.
— Айзек! Твою мать! У нее же швы разойдутся! — Запыхавшийся парень в белом халате подлетел к месту событий.
Не обращая на того внимания, да и вообще ни на что вокруг, главарь продолжал насиловать девчонку без жалости, двигаясь жестко, вдалбливая ее в зернистый холодный пол.
Келли чувствовала, как от каждого толчка нити внутри натягиваются и вырываются с мясом, раздирая воспаленные ткани все сильнее и сильнее. Глухо простонав она несколько раз хрипло вздохнула и снова потеряла сознание. Босс сделал еще несколько резких движений, толкаясь в ее бессознательное тело и вцепившись в окровавленную сорочку, достиг непередаваемого оргазма.
Удовлетворенно облизнувшись, он встал и застегнул ширинку, не смотря на то, что весь был перемазан в крови.
— Айзек! Ты чего творишь? Она же так без матки останется! — Гейл подлетел к жертве, спешно проверяя ее пульс.
— А какое тебе дело? — Босс ехидно ухмыльнулся, уставившись на коллегу, — не кажется ли тебе, что ты слишком близко принимаешь ее к сердцу? Влюбился что ли?
Врач поднял на босса злобный взгляд:
— Знаешь что, если так хочешь посмотреть, как она откинет коньки, то переведи ее на шестерку и избавь меня от необходимости собирать ее по кускам! — Док крикнул на босса с неприкрытой яростью в голосе, а после посмотрел на зевак, — Привезите уже кто-нибудь каталку!
— Латай ее и верни на место, обратно в «темницу».
Гейл грозно вдохнул и прорычал:
— Нет!
— Что ты сказал? — Айзек возмущенно процедил сквозь зубы.
— Я сказал, нет!
***
Маргаритка открыла глаза, вновь обнаружив себя на кровати своей комнаты. Для нее это было облегчением. Оказаться здесь, а не подвешенной на цепях ей нравилось куда больше. Девушка попыталась сесть, но в глазах потемнело и она откинулась обратно на подушку. Видимо ее снова накачали, потому что боль была вполне сносной. Через пару минут после ее пробуждения в комнату зашел Док, посмотрел на пленницу и легко улыбнулся. Под его глазом красовался огромный фингал.
— Что это? — Келли еле слышно спросила,