Антуриум

— Ты такая же как я! Помоги мне! Ты должна освободить меня. Ключи от наручников, они должны быть где-то здесь!
Взгляд пленницы метался по комнате в поисках заветного ключа к свободе. Маргаритка же запрокинула голову назад, прикрыв глаза, и глубоко вздохнула. А после усмехнулась и отрицательно помотала головой, посмотрев на незнакомку. Ее глаза сверкнули, и пленница в страхе замерла. Взгляд, пустой, но глубокий, на дне которого отпечатался ужас, ставший неотъемлемой частью души, пронзал ее будто ножом. Гостья хищно оскалилась, посмотрев на заботливо кем-то оставленные игрушки на прикроватной тумбочке.
Боль поработила разум, изменила его, как завоеватель — появилась и установила свои правила в сознании. Тьма, покрывшая ее, обволакивала известные доселе радости. Теперь они были неинтересны, пусты, скучны… Полученная травма, скрытая где-то глубоко в подсознании начинала выбираться наружу, показывая истинную причину происходящего. Месть сильным была причиной, которая заставила ее вернуться. Но сдавленное ощущение в груди приятно щекочущее нервы, говорило о противоположном. Силы, которые дало желание мести, стремились к другому. Помутневший рассудок требовал жестокости по отношению к слабым, чувствительным, беспомощным… К таким, какой она была ранее.
Маргаритка не раздумывая взяла из оставленных игрушек самый большой ребристый вибратор и грубым движением втолкнула его в пленницу. Девушка вскрикнула и попыталась столкнуть гостью с кровати, но Маргаритка схватила ее за ногу и что было сил, ударила кулаком в живот. И пока пленница кряхтела и корчилась от боли, Маргаритка придавила коленями ее ноги, не позволяя их свести. Девушка жалобно заскулила.
— Ты не должна этого делать! Ты не обязана делать то, что они тебя заставляют.
Маргаритка снова покачала головой, слабо улыбнувшись.
— Меня никто не заставляет.
Она схватила выпавший прибор, включила его на максимальную скорость и снова втолкнула пленнице во влагалище. Девушка запищала, стиснув зубы и вцепившись в цепи наручников, пытаясь отстранится. Маргаритка трахала ее резиновым членом жестко и без жалости. Резкими движениями вгоняя его все глубже. Пленница ревела, ерзая по кровати и сжимая зубы от боли, которой гостья стремилась причинить ей как можно больше. Маргаритка с наслаждением продолжала издеваться над девушкой, глубоко вдыхая, будто пытаясь всосать в легкие ее отчаяние и страх, нескрываемо упиваясь процессом.
Маргаритка впивалась в ее тело пальцами оставляя синяки и царапины, изо всех сил стараясь сделать ей как можно больнее. Но, казалось, этого не достаточно. Тогда она схватила еще один вибратор, и втолкнула его рядом с предыдущим в то же отверстие. И пленница взвыла, что для Маргаритки было словно музыка для ушей. Она довольно усмехнулась, оскалилась и взяла с тумбочки еще один. Гостья грубо впихнула во влагалище пленницы третий вибратор, не смотря на то, что тот входил с трудом. И девушка взревела, умоляя мучительницу вытащить хотя бы один. Но Маргаритка лишь разом подпихнула глубже все три, довольно оскалившись. Она жадно хватала каждую ее эмоцию, каждый болезненный всхлип, каждый крик, что будто бальзамом лился ей на душу и пленил, туманил сознание как какой-нибудь наркотик. Ее накрывало чувство эйфории, возбуждения и удовлетворения. Непонятного, но такого желанного. И Маргаритка готова была вцепиться в несчастную зубами, чтобы буквально разорвать ее на куски. Но позади раздался призывный наигранный кашель. Маргаритка обернулась.
В дверях стоял Айзек, прислонившись спиной к косяку и довольно улыбаясь. По его выражению лица было легко понять, что он стоит там и наблюдает уже давно. И то, что он увидел, его явно порадовало. Эксперимент не только удался. Его результат был именно таким, какой он ожидал, а может быть даже и лучше. Он не спеша прошел в комнату, глядя на ее замученную хозяйку и с ухмылкой посмотрел на бывшую жертву, что теперь оказалась по другую сторону.
— Ну что, Маргаритка, добро пожаловать в коллектив…

Девушка проснулась от звука открывшейся двери. Она нехотя открыла глаза. Взгляду предстал знакомый потолок с развешанными по углам камерами. Общий свет был приглушен, а помещение освещал слабенький ночник. Она лениво села на кровати и сладко потянулась, не желая вырываться из мягких объятий теплого одеяла.
— Доброе утро, соня!
Маргаритка с легким раздражением посмотрела на усаживающегося в кресло Айзека. Главарь улыбнулся, глядя на то, как девушка сопротивляется желанию спрятать голову под подушку и уснуть обратно.
— Ты уверена, что не хочешь переехать в жилой