АП.Гепталогия

старших – мое мнение никого не интересовало. Да меня просто не слушали, даже если я и начинала говорить… Но вот все изменилось. Изменилось благодаря тебе. Ты дал мне возможность строить планы, делать что-то важное, быть услышанной, наконец… А потом ты же попытался все это отнять, Риан!
Он промолчал, но я уже молчать не могла:
– Зачем ты научил ценить себя, если в итоге ни мое мнение, ни мои желания для тебя ничего не значат?! И я знаю, что ты очень страшный, я всегда это знала, Риан, но я боюсь не тебя, я до крика боюсь того, что ты отберешь у меня крылья, которые дал сам…
Он вновь промолчал.
Я, чувствуя, как едва сдерживаемые рыдания сотрясают, тихо простонала:
– Да, я испугалась… Да, появились сомнения… Да, не хочу жить, постоянно чувствуя вину за то, что поступаю так, как считаю нужным.
И я замолчала, ожидая ответа. Хоть какого-нибудь… хоть одного слова… Но Риан молчал. Черные глаза едва заметно задумчиво мерцали, огонь больше не угасал… Для него, не для меня… Для меня с каждым мгновением становилось все более очевидно – он не услышал… снова. Он просто не услышал.
И когда магистр заговорил, я уже отчетливо знала, что прозвучит:
– Я не могу дать тебе то, чего ты так отчаянно желаешь, Дэя.
Слезы хлынули по щекам… Я продолжала сидеть, глядя на Риана сквозь пелену слез, а он так же молча смотрел на меня с сожалением.
– Не могу, любимая, – тихо повторил магистр. – Но в моих силах дать тебе большее.
Я замерла, силясь понять, что в его понимании «большее», а Риан поднялся, подошел ко мне, осторожно взял за руку, подтянул рукав… Брачный браслет рода Тьер с тихим щелчком освободил мое запястье. И с золотым ободком в руке магистр вернулся, вновь сел в кресло, разглядывая изящное ювелирное изделие. Риан смотрел на браслет, не на меня, а сказал все же мне:
– Это то, что ты так отчаянно желала получить? – Он поднял голову, пристально посмотрел в мои глаза.
Отрицательно покачала головой.
Магистр улыбнулся. Такая теплая, полная нежности улыбка, а в глазах тоска. Я отчетливо ее видела…
– Прости, – прошептала я.
Улыбка стала грустной.
– Прости за проклятие, – почти прошептала.
Напряженный взгляд на меня.
– Прости, но я не хочу снова быть той покорной и безответной Дэей, которой была раньше…
И мир снова подернулся дымкой слез, а сердце сжалось от боли… Магистр молчал, и смотрел он теперь только на браслет, а я просто не могла больше ничего произнести.
– Дэя, – тихий, грустный голос, – Дэя…
Не знаю, что он хотел сказать, но так и не произнес ничего, кроме моего имени. Просто сидел, держа в руке обручальный браслет, и молчал. А затем сжал украшение, да так, что оно погнулось под сильными пальцами, направил пристальный взгляд на меня и проговорил:
– Я обещаю тебя слышать.
Правда?
Точно правда? Наверное, сомнение отразилось на моем лице, потому что Риан раздраженно продолжил:
– Я свое слово сдержу, Дэя.
Все еще не верю, но дальнейшие слова меня поразили:
– И единственное, о чем я прошу тебя, родная, – в следующий раз, когда поступишь так, как считаешь нужным, подумай о последствиях для своей жизни в первую очередь. – Тяжелый вздох и тихое: – Договорились?
Потрясенная услышанным, я просто кивнула. Он усмехнулся, принимая мой ответ, и взгляд его вновь вернулся к уже искореженному браслету. И мне бы промолчать, но кое-что не давало покоя, и я все же решила спросить:
– Ты сказал, что каждый раз, когда ты показывал истинную сущность, я замыкалась. А сейчас… ты опять скрываешь?
– Скорее сдерживаю, – ответил Риан.
– И… сейчас? – Осторожный вопрос.
– Сейчас – особенно. – Пристальный взгляд на меня.
Судорожно вздохнув, я решила честно спросить:
– Ты злишься?
Усмешка, какая-то совсем не веселая, и вопрос:
– Хочешь знать, что я сейчас чувствую?
И я как завороженная просто кивнула в ответ.
– Разрешаешь быть откровенным? – Усмешка становится провокационной.
Появилось желание сказать «нет», но, учитывая случившийся разговор, я почему-то сказала:
– Да…
Риан недоверчиво смотрел на меня, затем резким движением отшвырнул браслет и осторожно, словно боялся спугнуть, поманил к себе. У меня сердце замерло, а дыхание перехватило, но я медленно скользнула на пол, чувствуя, как ноги утопают в мягком ворсе ковра…
Два неловких шага… Сделать третий он не позволил, оказавшись в мгновение очень близко. И закрыв глаза, я так отчетливо ощущала, как сильные