АП.Гепталогия

которые от нас ждали. И как оказалось, ждали даров и слов:
— Почтенный мастер Ойоко, — начал Юрао, выглядел он в этот момент очень достойно, — древние говорили «две монеты в кошельке слышны всем, сто монет не слышны никому». Желаю тебе, чтобы твой кошелек всегда безмолвствовал!
Почтенные гномы важно закивали, поглаживая бороды, пожелание им очень понравилось явно, и на Юрао все смотрели с уважением, а вот на меня смотрели все почтенные гномихи, причем с ожиданием. Юр дернул за руку, напоминая, что теперь моя очередь. Я подумала и сказала:
— Госпожа Ойоко, — голос мой дрогнул, но я все же продолжила, стараясь держаться с достоинством, — древние говорили «Дом мужчины — весь мир, мир женщины — только дом». Желаю вам, чтобы мир вашего любимого вы разделили с ним пополам, а он разделил с вами ваш мир, и с этого мгновения вы шли по жизни рука об руку.
И зря я так сказала, наверное. Потому что гномы есть гномы, им мораль про финансовую выгоду подавай, и правильной финансовой политикой с ними делись, а не какими-то призрачными ценностями. А теперь все смотрели на меня. И жених с невестой, и окружающие их друзья и родственники, и даже присутствующие тут дети, блестели заинтересованными глазенками, выглядывая из-за юбок матерей.
— В смысле капитал теперь делите поровну, — добавил к моему пожеланию Юрао.
И ситуация мгновенно изменилась, все закивали, захлопали, послышались крики одобрения. А я почувствовала себя так неудобно и неуютно, и виновато взглянула на мастера Ойоко, но гном… Гном кивнул мне, протянул руку и осторожно сжал ладонь своей любимой и теперь супруги. И мне показалось, что он меня понял правильно.
Как выяснилось, мы были последними гостями и все ждали только нас — не зря Юрао торопился. И вот когда нас уже отблагодарили за добрые пожелания, все родственники подскочили к арке, распределились, и процессия двинулась к выходу из дома мастера стекольщика. Так мы и вышли на улицу Ардама. Впереди шли воинственные и били топорами в щиты, звон стоял невыносимый, следом бежали гномики и гномочки, разбрасывая цветы из смешных маленьких корзиночек, затем родственники несли арку, а в ней, стараясь не выбиваться из общего такта движения, шли мастер Ойоко и уже госпожа Ойоко.
Мы, приглашенные, следовали за женихом с невестой в толпе таких же приглашенных, и Юрао в отличие от меня не умолкал ни на минуту:
— И что, говорите, никаких скидок? — притворно изумлялся какой-то незнакомый мне гном.
— Какие скидки, почтенный мастер Нурко? В убыток трудимся, — вдохновенно лгал Юрао.
— Да полноте вам, — второй гном присоединился к разговору, — контора в самом центре Ардама.
— Знали бы вы, во сколько мне аренда обходится, — продолжал обманывать офицер Найтес.
Аренду мы в помине не платили, здание Юр получил от главы клана Приходящих во Сне совершенно бесплатно, но видимо это и была «правильная финансовая политика».
Так мы и шли к главной площади Ардама, чтобы аккурат к закату провести обряд бракосочетания по светским имперским порядкам, потому как для гномьей общины мастер Ойоко уже был женат с того момента, как подписал брачный договор.
И вот шумная гномья свадьба сворачивает с улицы Мертвого Висельника на городскую площадь, целенаправленно шагая к храму Великой Бездны, и тут я замечаю невероятное — у самого храма собралась толпа адептов в форменной одежде Академии Проклятий!
Смутные подозрения охватили меня с момента, когда я разглядела черно-синюю форму, но чем ближе мы подходили, тем отчетливее становилось понятно — адепты! Причем знакомые все лица!
И вот гномы шумят, звон такой, что не только вороны, но и мыши летучие всполошились, разбушевавшиеся воины поют воинственное «Ух вломим!», дети цветами уже не столько на дорогу, сколько друг в друга бросаются, мы с Юрао в толпе гномов, а у адептов Академии Проклятий глаза все больше и больше становятся.
Ну а когда гномье музыкальное творчество стихло, едва мы достигли ступеней храма, раздался знакомый гоблинский глас:
— Эээ, так чья свадьба-то?
«Жловис» — мысленно простонала я.
— Свадьба почтенного мастера стекольщика Ойоко, — с достоинством ответила одна из гномих.
Среди адептов Академии Проклятий началось брожение, после чего все уставились на меня. Когда в храм поднялись окованные броней, затем несущие арку, следом сами новобрачные и пришла пора нам с Юрао тоже подниматься, Жловис неожиданно выскочил, взобрался на ступеньки и вопросил:
— Как же так, Дэйка?
Юрао хотел было ответить, но я его опередила и поучительно начала:
— Вас, уважаемый господин Жловис, просили передать мне, что я на свадьбу опаздываю, не более и не менее. И вот вам загадка: С чего