Никогда не проклинайте собственного директора проклятием неизвестного вам свойства, да и еще и десятого уровня! Никогда! Особенно — если вы простая адептка Академии проклятий, а он самый могущественный лорд Темной империи! Ведь совершив подобную глупость, вы можете запустить целую цепь странных событий…
Авторы: Звездная Елена
осознания, стыда, смущения и вины.
Я вздрогнула, вмиг осознав, что Эллохар фактически обнимает, прижав к себе, что нахесс мчится в очередную пропасть, а я… я чего только не делала в эту ночь, включая раздевание заключенного! Я…
— Как не вовремя, — печально заметил магистр. — Ладно, с этим развлечением закончили, перейдем ко второму.
Вспыхнуло синее пламя.
***
Оказаться в просторной гостиной неизвестно где — не самая большая проблема в моей жизни. Видеть нагло ухмыляющегося магистра Эллохара, который вольготно расселся напротив — вот это действительно большая и темная Бездна.
— Дея, ты краснеешь, — коварно сообщили мне. — Теперь бледнеешь… Ааа, снова щечки розовые. Стыдно, да?
Затравленно молчу.
— А мне так приятно, — заявляет магистр.
Я спрятала лицо в ладонях.
— Ммм, — издеваясь, протянули некоторые, — никогда не забуду момент, когда ты рвешь ремень на Браосе…
Я простонала.
— Потрясающее было зрелище, — продолжает издеваться лорд Эллохар. — А уж дальнейшие твои действия…
— Хватит, пожалуйста, — попросила я.
— Я только начал, — ледяным тоном ответили мне, и ехидно добавили: — Но воистину незабываем был момент с твоим рукоприкладством, прелесть моя.
Как вспомню, что я… при всех… О, Бездна! О, проклятая Бездна! Так стыдно… так невыразимо стыдно за все… И Веламар, и все что наговорила при лорде Алсэре… И что они все обо мне подумают… И Риана обо всем узнает! О, Бездна!
— Слушай, мне уже не так приятно как мечталось, — вдруг произнес Эллохар. — Тебе даже отомстить нормально не получается, Риате.
Я всхлипнула. Магистр поднялся с кресла, подошел, сел рядом. Несколько минут мы так и сидели, потом Эллохар сказал:
— Ну прекращай, ничего особо страшного не случилось.
Я всхлипнула громче, и поняла что иногда жалость это действительно плохо.
— Дэя, — магистр осторожно погладил по спине, — давай без слез, а?
Слезы потекли ручьем.
— Дэя, милая, — простонал Эллохар. — Дэя…
О, Бездна, вот только ненужно меня сейчас жалеть, иначе я в голос реветь буду.
— Дэя, давай посмотрим на ситуацию с другой стороны, — нарочито веселым голосом, вдруг произнес магистр.
Мне вспомнился разговор с Тесме, и стараясь не всхлипывать, я все же спросила:
— И мне сообщите, про демографический кризис у морских ведьм?!
— Что? — переспросил лорд Эллохар.
Искоса взглянув на него, я подумала, что носовой платок мне сейчас не помешает — но у магистра его, судя по всему, не было.
— А можно мне… платочек? — прошептала я, и вдруг ехидно добавила: — Намотать сопли на кулак могу попробовать, конечно, но вряд ли получится.
— Ты все еще под действием отката? — подозрительно полюбопытствовал магистр, но платочек протянул.
И пока я старательно вытирала глаза и нос, до него дошло:
— Ааа, так ты Тесме имела ввиду?
Молча кивнула.
— Знаешь, забавно, но у меня есть предположение, что он был под проклятием, когда согласился провести ритуал принесения в жертву Салмеи. Понимаешь, Тесме он… скажем так, с четкими принципами, что касается возвращения магии — если бы это была его самоцель, он бы этим занимался всю жизнь, а так… Что-то схожее было в твоем вчерашнем поведении и его поведением собственно в просмотренных мною воспоминаниях.
Перестав всхлипывать, я подумала о Тесме, вспомнила собственные ощущения… Жалость в тот момент отсутствовала совершенно, а интерес к науке присутствовал в полной мере.
— Нужно сказать магистру Тесме, — я подскочила, — обязательно.
— А смысл? — с напускной ленцой поинтересовался Эллохар.
— Как вы не понимаете, — я стремительно развернулась к магистру, — не все относятся к собственным ошибкам с вашей безразличностью, граничащей с совершенным наплевательством. Меня гложет совершенное этой ночью, а магистра Тесме просто раздирает чувство вины, понимаете?
— Куда мне, — не скрывая сарказма, произнес Эллохар.
Смутившись, тихо сказала:
— Я не хотела вас оскорбить.
— Да-да, — сарказм плещет через край, — ни разу… я это заметил… ночью.
Стремительно покраснев, я вдруг поняла, что молчать больше не буду:
— Знаете что, магистр…
— Что? — вкрадчиво поинтересовался он.
— Вы… вы… Вы… Верните меня в академию!
Откинувшись на спинку жестковатого дивана, Эллохар сцепил пальцы в замок, заведя их за голову, вытянул ноги и нагло ответил:
— Нет.
Изумленная его поведением, я все же спросила:
— Вы издеваетесь?
— Да, — последовал невозмутимый ответ.
Я стояла, сжимая платок и молча, не скрывая возмущения, смотрела на Эллохара.
— Проклянешь?
