АП.Гепталогия

остается то, что проклятием не блокируется — интерес к новым знаниям. Интерес к проклятиям. Стремление докопаться до истины. И при этом разум кристально чист, начинаешь видеть то, что ранее прошло бы мимо сознания, а еще абсолютно отсутствует жалость, и совесть, как сдерживающий фактор.
По мере того, как я говорила, Тесме становился все более задумчивым. А едва я закончила, заметила перемену — плечи магистра вдруг распрямились, спина выпрямилась, взгляд посветлел…
— Жажда знаний, — с трудом вымолвил он, — дикая жажда знаний, при совершенном игнорировании средства достижения целей… Так я…
— Были под проклятием, — завершила я.
Магистр замер, глядя на меня. Просто застыл.
— Вы не виноваты в смерти морской ведьмы Салмеи, — уверенно сказала я, потому что действительно была в этом уверена, как и в остальном: — Я так поняла, что они предложили вам вернуть магическую силу? — Тесме кивнул, я же задала резонный вопрос: — А зачем она вам? — и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Вы единственный проклятийник уровня «магистр» во всей нашей академии. Вы единственный специалист по «Смертельным проклятиям» во всей Темной Империи, и если бы вы столь упорно пытались вернуть магию, как изучали проклятия, вы бы этого уже добились. А значит, магия — не приоритет для вас. И вы совершили жертвоприношение не ради получения награды, а исключительно находясь под воздействием проклятия.
На моих глазах уничтоженный чувством вины магистр просто оживал, и через мгновение это снова был наш суровый Вилиам Тесме, суровый, но справедливый, а сейчас еще и охваченный азартом:
— Как я не осознал этого? Нет, к ощущению кристально чистого разума я привычен — магия дает не столько силу, сколько знания и техники улучшения восприятия мне известны, но безжалостность, но холод, который я ощущал… Должен был осознать!
— Находясь под проклятием сложно что-либо осознавать, — напомнила я.
Тесме подскочил, бормоча про себя:
— Вспомнить, осознать, записать все ощущения. И нет — это не «Холод», я бы ощутил «откат» спустя два часа.
— Формула катализатора, — вновь напоминаю.
— Да-да, — Тесме едва сдерживался, — вполне возможно, и тогда время воздействия… Нужна формула… мне нужна формула и да, все записать и…
И совершенно забыв о нас, магистр направился прочь, на ходу размышляя о проклятии. Лорд директор сообщил ему вслед:
— Я не подписал ваше прошение об отставке.
Преподаватель остановился в дверях, обернулся, во взгляде появилась осознанность, и он выдохнул искреннее:
— Спасибо.
— Не стоит, — вежливо ответил Риан.
— Стоит, — Тесме сглотнул, — вы верили в меня, даже когда я сам не верил.
— Как я уже сказал, вы не относитесь к тем, кто способен на безжалостное убийство ради корыстных целей. Темнейших вам, магистр.
Уже почти седой Тесме склонил голову и покинул кабинет лорда директора. Риан весело подмигнул мне, и вдруг сообщил:
— Пять, четыре, три, два, ооооодииииин…
Дверь повторно распахнулась, являя разгневанного магистра Тесме, который этот самый разгневанный взгляд направил на меня, мне же и было адресовано:
— Адептка Риате, вы осознаете что совершили?!
Ой, Бездна… А Риан смотрит на меня и улыбка такая, многозначительная. А мне совсем не весело, особенно если учесть что Тесме сейчас как прежде суров и справедлив, а значит:
— Я с вами позже побеседую! — прошипел магистр.
Мне стало как-то очень тревожно, но тут Риан спокойно произнес:
— Магистр, адептка действовала с моего ведома и полнейшего одобрения.
Лорду директору повторно поклонились, на меня бросили странный взгляд.
— Не то, что вы подумали, — вдруг пояснил лорд Тьер. — Совсем не то.
Недоверчивый взгляд Тесме, краснеющая я, совершенно спокойный лорд директор, внесший ясность в ситуацию:
— Дэя была задействована в расследовании и справилась наилучшим образом, впрочем, об этом вам сообщит лорд Баер.
И вот после этого Тесме действительно ушел, пожелав темнейших леди Митас.
А я осталась в одном кабинете с явно потешающимся надо мной последним магистром Темного Искусства.
— Просто не могла молчать, — смущенно объяснила я, — меня на мысль о том, что на Тесме проклятие наложили, вчера Эллохар натолкнул, и я только могу представить как мучился осознанием вины магистр.
— Ты поступила правильно, — похвалил Риан.
С хитрой улыбкой похвалил, явно что-то не договаривая.
— У меня построение, — вспомнила я, поднимаясь.
Хотя если честно беспокоило не столько построение, сколько мысли о Тоби…
— Дэя, — позвал Риан.
Наверное наглостью с моей стороны будет попроситься сбежать