АП.Гепталогия

— Оруг, — открывая дверцу, крикнул дроу, — ты осторожнее, я же с девушкой.
— Прости, брат, забыл, — кентавр просиял ничуть не виноватой улыбкой, — вот, значит, дом их.

Дом был небольшой, но просторный. Одна спальня, кровать, как и полагается у кентавров, на полу, да комнатка, которая была и мастерской, и кухней и прихожей. В доме, несмотря на слой пыли, царил порядок — ничего не разбросано, все по своим местам. На столе заготовки для светильников — ни одного похожего на кристалл. Посуда вся сложена, книги по магии иллюзий тоже сложены… на окнах высохли цветы.
— Они жеребеночка ждали, — услышала я разговор Юрао с госпожой Тоси, хозяйкой домика. — Жили мирно, не ругались, а уж миловались как — любо дорого посмотреть… А потом нет и нет, месяцев девять уже как нет…
Я поняла, что едва сдерживаю слезы, хорошо Юрао более стойкий, сразу к делу перешел:
— Госпожа Тоси, а как они вам за квартиру платили?
Маленькая, с огромными ушками и двумя смешными косичками, гоблинша отставила левую ногу и гордо ответила:
— Все как полагается, с налоговыми отчислениями и в срок!
— То есть через банк? — осторожно поинтересовался дроу.
— А как же! Они для этого и счет завели, и потом благодарили, им и самим счет пригодился.
Не выдержав, я спросила:
— А номер у вас есть?
— А как же! — семеня, гоблинша торопливо вышла из заброшенного дома.
Едва мы остались вдвоем, Юр на меня внимательно посмотрел и хмуро спросил:
— Чего глаза на мокром месте?
— Они… жеребеночка ждали, — прошептала я, сердце сжалось.
Юр промолчал. А что тут сказать… Госпожа Тоси вернулась с выпиской — здесь был указано номер счета плательщика, номер получателя, число, подписи… А на самой выписке, в вензелях, значилось: «Императорский Банк».
***
Еще издали мы увидели высоченные колонны огромного черно-золотого здания и надпись его венчающую — «Банк Темной Империи».
— Название меняют, — сообщил нам Оруг, едва вышли из повозки. — Увольнения тут тоже недавно были, причем массовые, помнится мы потом гномов по кабакам собирали.
Даже не ответили ему. Что я, что Юрао были подавлены историей с кентаврами, и честно говоря, к их похитителям я бы применила несколько запрещенных проклятий! А может и все!
— Ты свое лицо видела? — спросил вдруг Юр. — Дэй, с таким лицом убивать идут, а не счет открывать. Изобрази улыбку и растерянность, ясно?
Постаралась успокоиться, начала колонны разглядывать, поняла, что не могу перестать думать о кентаврах, подумала о Риане. На душе сразу стало теплее и светлее, все-таки магистр прав — он становится самым важным для меня.
И взяв Юрао под руку, я направилась открывать счет на свое имя. Второй раз в жизни. В первый, в ЗлатоГор банке было страшнее — я была одна, совсем одна, боялась даже заговорить с гномами-работниками, и когда расписывалась, допустила две ошибки в собственном имени, и все боялась обронить деньги, мои самые первые деньги, которые мастер Бурдус заплатил за месяц работы…
На входе перед нами молча открыл дверь чистокровный вампир. И напрягло то, что он не принадлежал к клану лорда Витори. Юр просто глянул на меня, и пропустил вперед.
В просторном холле банка народу было на редкость мало. В банках такого уровня обычно клиентов побольше, а здесь помимо нас была только парочка престарелых гоблинов, которые с полудроу вели разговор о беспроцентных вкладах.
Пройдя по выкрашенному под золото полу, мы подошли к черным, украшенным вензелями банка стойкам, и я сразу направилась к той, где значилось «мастер-банкир Куртан». Седовласый гном улыбался нам еще издали, а едва мы подошли, радостно всплеснул руками и тут же:
— Будем счет открывать?
— Темных, — вежливо поздоровалась я, и попыталась высвободить руку.
— Кошмарных, — Юрао тоже был вежливым, а вот руку прижал, после своей накрыл, и я только тогда вспомнила, что перчатки мы и не купили, то есть я с кольцом!
— Да, мы хотели бы открыть счет, — подтвердила я.
Юр осторожно перехватил мою руку и ловко, незаметно для окружающих, повернул мое кольцо камнем вниз. Не лучший вариант, но наиболее приемлемый.
— Да-да-да! — гном само радушие. — Идемте туда, где не так шумно, я вам все-все покажу, и расскажу. Знаете, у нас замечательный банк! Лучший в империи!
И все бы ничего, но когда он последнюю фразу сказал, на лице отчетливо промелькнула грусть. Но затем гном вновь радушно улыбался, и ведя нас во внутренние помещения, радостно рассказывал об истории банка, о том, о знаменитых его клиентах, и о многом другом. А мы шли следом, тоже старательно улыбались, и замечали отовсюду напряженные взгляды гномов, подозрительные каких-то странных