АП.Гепталогия

в решении?
— Абсолютно, — ответил магистр.
Лорд Эллохар протянул руку, направив ее ладонью вверх, и вокруг нас вспыхнуло алое пламя.
— Темнее, — начал давать указания Риан. — Используй более высокий температурный поток.
Пламя потемнело, став уже привычным мне адовым пламенем.
— Идеальная имитация, — похвалил лорд директор.
— Дэю посвящать будем? — вопросил Эллохар.
— Естественно,- очень загадочно это прозвучало.
Я посмотрела на Риана — высокого, с широкими плечами, темными рассыпавшимися по плечам и спине волосами, черными, как само Темное Искусство глазами, в чьем мерцании я безвозвратно тонула и невольно улыбнувшись, я повернулась к лорду Эллохару… чтобы потрясённо замереть! Там не было Эллохара, там стоял магистр Тьер!
И уже никакого костюма из черной замши — одежда лже-Риана была такая же, как у стоящего рядом со мной — рубашка цвета красного темного вина, черные брюки. Он был точно таким же, разве что… я не тонула в черных глазах ложного лорда директора.
— Одна проблема, — тихо сказала я, разгадав их замысел, — на магистре Эллохаре нет родовых артефактов рода Тьер.
— Да? — Эллохар улыбнулся, и это была истинно его издевательская улыбочка, — подойди ко мне.
Риан подтолкнул, вынуждая подчиниться, и стоило мне приблизиться — на шее лже-Тьера и его правом запястье проявились артефакты! Теперь они были! Я протянула руку, коснулась массивного золотого браслета и эго действительно было золото — по ощущениям, холодку металла, блеску!
— С артефактами существует одна проблема — они дают определенное магическое излучение, — начал объяснять Риан, — и его подделать нельзя, зато есть возможность маскировать под излучение более сильного артефакта — сейчас это твое кольцо.
Я на мгновение прикрыла глаза — в присутствии сразу двух лордов директоров было как-то не по себе, а затем спросила:
— Риан, и что ты мне хочешь этим сказать?
— Пока ничего, — лорд Эллохар вернул себе прежний вид, и, щелкнув меня по носу, добавил: — А вот на балу вам, адептка, придется подарить мне один танец.
— Если я не успею вернуться раньше, — с некоторым недовольством произнес Риан.
— Я буду молить бездну об этом, — издевательски протянул Эллохар. — Время. Гоблинов и так задержали в пути.
Вспыхнуло синее пламя, унося магистра Смерти.
Унеслось вслед за ним и мое спокойствие. «Если я не успею вернуться раньше» — как не понравилась мне эта фраза! И страшно так стало, как тогда у конторы, когда гибнущий карраг оглашал окрестность своим предсмертным криком.
— Нам пора, родная, — Риан подошел, обнял за плечи, — его величество с наследным принцем уже у ворот дворца.
Наверное, никогда из сонма моих кошмаров не исчезнет та зимняя ночь, в которую израненного умирающего отца внесли в наш дом Ночные Стражи! Вот и сейчас, за окнами весна, а мне чудится завывание ледяного ветра! И страшно так, и ощущение, что надвигается что-то неотвратимое!
— Риан, — я обернулась, заглянула в его темные, такие мудрые и любящие глаза, и прошептала, — не надо.
— Не надо «что», Дэя? — с недоумением спросил он.
— Не надо туда ходить, — срывающимся шепотом попросила я, — не надо, прошу тебя.
— Куда? — в голосе глухое раздражение.
На улице послышался грохот фейерверков, радостные крики, гул воздуха, вспарываемого телами драконов, пение труб — гоблины прибыли!
— Все, родная, время на разговоры истекло, — произнес Риан.
А внутри меня что-то медленно умирает от нарастающего чувства опасности, вой ледяного ветра слышится все отчетливее! И глядя на того единственного, кто стал для меня дыханием, жизнью, смыслом всей этой жизни, моими крыльями и моим небом, я с ужасом понимаю — он уже все решил! Продумал, рассчитал, приготовился — и он пойдет!
— Риан, — руки холодеют от страха, ледяной узор, — Риан, прошу тебя.
— Время, Дэя, — там, за окнами, утихает гром фейерверков, да и крики так же. значит король Гоблинов уже подходит ко дворцу.
И Риан прав, времени не осталось, вот только…
— Любимый, я знаю, кого так старательно хочет возродить морская ведьма, — выдохнула едва слышно.
Рев драконов, вой летающих ящеров и мимо окон проносятся дозоры Сумеречной Стражи. А значит гоблины уже подъехали к дворцовому входу.
— Они будут подниматься по центральной лестнице, — произнес магистр.
Вспыхнуло адово пламя, а когда угасло, мы оказались стоящими в комнате со стеклянными стенами, откуда открывался вид на раскинувшийся дворцовый комплекс. Там, кажущиеся издали столь махонькими, двигались серые фигуры гоблинов, реяли на ветру флаги, пылали магической защитой доспехи стражей… Центральная лестница — огромная,