Апокалипсис

на американском Среднем Западе.
— Бьюсь об заклад, он собирается взорвать ядерную бомбу, — сказала Джоди. — В Шайенне расположена база ВВС, где хранятся ядерные ракеты.
— Ядерную бомбу? — удивилась Гвен. — Какое отношение это имеет к Богу?
Я рассмеялся:
— Возможно, он думает, что достаточно лишь постучать погромче, и нас услышат.
— Да, по где находится дверь, в которую надо стучать? — спросила Джоди. — Уж разумеется, не в Шайенне. Я там бывала; это маленький грязный городок среди прерии, населенный правительственными служащими.
Моя улыбка погасла.
— Если местоположение вообще что-нибудь значит, то, я думаю, это будет в Гранд-Титоне — помнишь, именно там явился Иисус.
— Но ведь Он не взорвет Титонские горы, правда? — воскликнула Джоди, охваченная ужасом при этой мысли.
— Не знаю, — ответила Гвен. — По крайней мере, не думаю, что это будет Его первая цель. Скорее всего, Он сбросит бомбу где-нибудь в Небраске. Но если это не сработает, тогда — горы.
Мы ехали по узкой просеке, окруженной океаном широкохвойных сосен; я нажал на рычаг, и машина остановилась, подняв вихрь снега.
— Мы еще в Йеллоустоне, — сообщил я Гвен, — но можем добраться до Шайенна… за сколько, четыре часа? Пять?
До сих пор мы тащились медленно, почти над самой землей, но в случае необходимости могли лететь на любой высоте.
— Не знаю, стоит ли, — заколебалась Гвен. — Мне не нравится, что вы двое полетите к центру ядерного взрыва.
— Мне тоже не особенно это нравится, — согласился я, — но еще меньше я хочу, чтобы он взорвал целый горный хребет только ради того, чтобы привлечь внимание Бога.
— И разрушил экологию как раз тогда, когда она начала понемногу налаживаться, — вставила Джоди.
Снег перестал кружиться вокруг нас. Вентиляторы автомобиля разогнали его. Я нажал на рычаг управления, и машина развернулась на сто восемьдесят градусов, затем потянул рукоятку на себя и снова толкнул вперед. Аппарат поднялся над деревьями и начал разгоняться, направляясь на юго-восток.
Я заговорил:
— В самом Шайенне мы будем в безопасности. В конце концов, Дейв тоже будет там. Как ты думаешь, стоит нам позвонить ему и предупредить, что мы летим, или лучше попытаться застигнуть его врасплох?
— Если мы скажем ему, что едем туда, он просто спрячется, — возразила Джоди.
— Но он, возможно, и не взорвет бомбу, если дать ему знать, что вы находитесь в зоне действия ударной волны, — предположила Гвен.
— Ты уверена? — усомнился я. — Как ты думаешь, насколько сильно он съехал с катушек?
— Возможно, он и ненормален, — ответила Гвен. — Я не знаю. Все эти события очень сильно повлияли на нашу психику. Сомневаюсь, что хоть один из нас действует абсолютно рационально, но откуда мы сейчас можем знать, что рационально, а что — нет? Мы оказались в совершенно новых условиях.
— Не думаю, что взрыв ядерной бомбы — рациональное действие, — заметила Джоди.
— Даже если ему удастся таким образом заставить Бога вспомнить о нас?
— Особенно в этом случае.
Гвен криво усмехнулась:
— Это высказывание тоже не совсем рационально, Джоди.
— Но я так чувствую.
— А Дейв, вне всякого сомнения, чувствует, что обязан заставить Господа Бога вернуться за ним.
— Разумеется. А вот я считаю, что обязана остановить его.
Кивнув, Гвен сказала:
— Но только не дайте Дейву прикончить заодно и вас.
Джоди рассмеялась:
— Ну, это в каком-то смысле аннулирует и саму цель, верно?

Мы летели над продуваемой ветрами долиной, расположенной в сотне километров к северо-западу от Шайенна, когда над горизонтом возник ядерный гриб.
В первую секунду я был слишком потрясен и даже не мог пошевельнуться; я смотрел, как над землей вздымается огненный шар, как дрожит и волнуется поверхность растущего облака. Затем, вспомнив, где мы находимся, я вскрикнул: «Господи!» — и рванул ручку аварийного снижения, расположенную под приборным щитком. Мне в первый раз приходилось совершать аварийную посадку. Из дверей и крыши выросли подушки безопасности; меня с силой швырнуло на сиденье, и вид из окна оказался полностью скрыт на десять или пятнадцать ужасных секунд, пока срабатывал автоматический цикл приземления и мы камнем падали на землю. Машина сильно подпрыгнула, словно пробка, упавшая в воду, затем с хрустом рухнула на землю. Воздушные подушки всосало обратно в гнезда, и я упал вперед, на приборную доску. Машина накренилась вперед примерно на тридцать градусов.
Джоди уперлась руками в лобовое стекло, чтобы не упасть. Выглянув в окно, она сообщила:
— Мы сидим на кусте полыни.
Я посмотрел