Апокалипсис

Джил, заставляла бряцать колокольчики где-то в глубине дома, но никто так и не вышел.
Заглянув в окно слева от двери, она увидела деревянное кресло с коричнево-оранжевыми подушками и серый экран телевизора. В углу красовалась яркая желтая надпись «беззвучный режим».
Обойдя дом, дети нашли незапертую кухонную дверь.
Свет погас, когда Джил снимала с противня отварную солонину.
— Это значит, больше не будет горячей еды, — сказал она брату. — Она электрическая. Плита.
— Скоро включат, — заверил ее Джим.
Но никто ничего не включил.

В обесточенном доме, посреди темной спальни, Джил разделась и сложила одежду, которой даже не видела, на кресло. Сложила так аккуратно, как это только возможно в кромешной тьме. Потом забралась под одеяло.
Через минуту, теплый и голый, в кровать лег Джим.
— Знаешь, Джелли, — сказал он, притягивая ее к себе, — похоже, мы единственные живые люди на всем белом свете.

Нэнси Кресс — автор четырнадцати научно-фантастических и фэнтезийных романов и более восьмидесяти рассказов, пошедших в сборники «Троица и другие рассказы» («Trinity and Other Stories»), «Чужие на Земле» («The Aliens of Earth») и «Дюжина мензурок» («Beaker’s Dozen»). Повесть «Испанские нищие» («Beggars in Spain»), послужившая основой для одноименного романа, была удостоена премий «Хьюго» и «Небьюла». Премию «Небьюла» Кресс завоевывала еще дважды: за рассказ «Над ними всеми есть яркие звезды» («Out of All Them Bright Stars») и роман «Цветы тюрьмы Аулит» («The. Flowers of Aulit Prison»), который также был награжден премией Теодора Старджона. В 2003 году за роман «Возможный космос» («Probability Space») писательница получила премию Джона Кэмпбелла.
Недавно у Кресс вышли три новые книги: сборник рассказов в издательстве «Golden Gryphon Press», научно-фантастический роман «Кража в небесах» («Steal Across the Sky», 2009) и триллер «Псы» («Dogs», 2008), в котором, как и в представленном ниже произведении, описана эпидемия загадочной болезни.
В «Миротворце» повествуется о жертвах обезображивающей болезни, изолированных в современном аналоге лепрозория. Кресс заявляет, что проблема личности, познания себя — кто ты такой, зачем ты здесь, почему ты такой, какой есть (и что тебе следует с этим делать), — является центральной во всех ее произведениях, и этот рассказ не стал исключением.

На закате обваливается задняя стена спальни. Только что здесь была потрескавшаяся голубая древесная плита, усеянная блестящими шляпками гвоздей, а в следующее мгновение передо мной уже дыра два на четыре метра и забор из разнокалиберных реек высотой до талии; края его зазубрены и покрыты каким-то мхом, словно посыпаны пудрой. Сквозь дыру я вижу хилое деревце, пытающееся протиснуться в узкую щель между задней стеной нашего барака и бараком блока Е. Я хочу встать, чтобы взглянуть на дерево поближе, но артрит сегодня разошелся — именно поэтому я лежу в кровати. В комнату врывается Рэчел.
— Что случилось, бабушка? С тобой все в порядке?
Я киваю и указываю на дыру. Рэчел наклоняется к пролому, и волосы ее в лучах заходящего солнца светятся вокруг головы, словно аура. Я делю спальню с Рэчел; ее матрас сложен под моей старомодной кроватью с пологом.
— Термиты!