Апокалипсис

дозе лекарственной мази, которая предупредит распространение инфекции, Джеки успокоилась и посмотрела на него с улыбкой — и тут же шарахнулась в сторону, в ужасе от увиденного: лицо Уэйна исчезло, остался только рот, а выше темнела пустота, словно кто-то опрокинул ему на голосу ведро с черной краской; только, вместо того чтобы стекать вниз, черная масса оставалась на уровне лица; Джеки вылетела из кабинета в коридор, прижалась к стене; Уэйн кинулся за нею: «Что такое? Что случилось?», отчаянно шаря лучом фонаря по углам, потом посветил на нее; свет ослеплял, превращал Уэйна всего лишь в черный силуэт, позади и сверху от которого нависало нечто; сгусток мрака, словно развевающийся плащ или пара широких крыльев; одной рукой Джеки держалась за живот, другой прикрывала глаза, и Уэйн наконец опустил луч в пол, все допытываясь, что стряслось, и когда она рискнула взглянуть ему в лицо, оно вновь было прежним, ничего странного (если оно вообще было, это странное), как и за спиной Уэйна; она уронила руки: «Прости, я… просто перенервничала», — ответ, который, Джеки понимала, его не устраивает, но с которым он не станет разбираться, чтобы не терять времени, ведь Свора шла по пятам, — так что, насколько Джеки могла судить, Уэйн не догадался, что она видела то, что видела, — что бы это ни было…
Ранним утром… в половине четвертого …Уэйн разбудил ее, чтобы она сменила его на посту… и Джеки уселась поближе к костру, уже превратившемуся в груду тлеющих углей, и закуталась в спальный мешок, потому что ночью температура опустилась ниже, чем она ожидала, гораздо ниже, чем еще совсем недавно (надвигается ранняя зима?!); ружье, чье название Джеки твердо вознамерилась узнать у Уэйна, — довольно мучиться любопытством, — лежало на земле у ее ног; каждые пятнадцать минут или около того она наводила оптический прицел на мост, на веревочную ловушку, но кроме пары машин, заслонявших «паутину», там ничего не было; огни на мосту по-прежнему мигали, перебирая весь спектр — от синего к красному и обратно; пару раз она проверяла, как там Уэйн: крепко спал, насколько могла судить Джеки; впечатления от собственных сновидений все не оставляли ее; уже не в первый раз она ловила себя на том, что пытается восстановить картину произошедшего с ним, анализирует движения тектонических плит в географии его психики, — он отказывался рассказывать о событиях, предшествовавших его появлению в доме Джеки, чьи кровь и кусочки плоти на его одежде, но она знала, что его мать должна была быть в тот день дома, и скорее всего там же были его отец и младшая сестра; поскольку Уэйн отмалчивался, когда Джеки о них расспрашивала, она пришла к выводу, что, возможно. Свора разорвала их на части прямо у него на глазах, что вызывало вопрос: как, собственно, он-то спасся? (не говоря уже о том, с какой стороны Свора пробралась в его дом); наверняка ему просто повезло, может, монстры зашли с заднего входа, что позволило ему воспользоваться парадной дверью. а может, он скатился с лестницы, ведущей в подвал, и оттуда проник в гараж, к машине; может быть, родители нарочно отвлекли внимание Своры, чтобы дать сыну возможность спастись, — вся эта травмирующая ситуация вкупе с другой тесной встречей с одной из тварей, убившей Гленна, должно быть, запустила некий компенсаторный процесс, соединила разрозненные шоком части разума в новую комбинацию, позволившую Уэйну выжить и остаться на плаву; да, Джеки с тревогой сознавала, что описывает какой-то зачин для типичного сюжета комиксов: предыстория супергероя, трагическая повесть, тяжелая душевная рана, дающая начало костюмированному альтер эго, но, возможно, Уэйну подобный сценарий подходил как нельзя лучше, чтоб удержать рассудок в сохранности; как теперь Джеки сожалела, что не посещала занятий но психопатологии, отложила на будущее, которое так и не наступило; хотя разве что-то в том курсе могло подготовить ее к происходящему? да и вообще, что за цель она преследовала? понять Уэйна или… излечить его? каким способом? вернув назад спокойного, общительного паренька, которого она знала вечность назад? могла ли она теперь гак рисковать? и разве смог бы прежний Уэйн оберегать ее и еще нерожденного малыша так, как это делает Уэйн теперешний (который напоминал кого-то среднего между Бэтменом и Тенью, хотя прозвища для него, она, разумеется, не придумала), который, кажется, помнил все хитроумные ловушки из серий «Солдат удачи» и «Расквитайся: полное собрание крутейших приколов»? — вопросы риторические; с другой стороны, была ли она в безопасности с человеком, чье «я» пустилось в путешествие по мраку (или чье второе «я» подавило первое?); с человеком, который… какое тут подходит слово? одержим? одержим чем? откуда бы ни взялась эта масляно-черная тень, укрывавшая