Апокалипсис

головами; Джеки спустила курок, целясь в замыкающего, ружье выстрелило, грохотнуло, ударило в плечо, так что она чуть не выронила его из рук;
красный: Джеки снова глядит в прицел, ищет свою жертву, надеясь, что та не убежала слишком далеко, рассчитывая выстрелить еще раз, если потребуется, хотя бы ранить монстра, покалечить, а Уэйн прикончит его; но тщетно; Джеки не сдается, и вот наконец видит труп: лапы раскинуты, передняя часть головы отсутствует, и Джеки так счастлива, что едва удерживается от радостного крика, потом вспоминает об Уэйне и ищет его в прицел, кладет палец на курок;
оранжевый: вновь Уэйн без пистолетов, просто отбрасывает их в стороны и направляется к вожаку, тщетно пытающемуся высвободиться из пут, яростно извивающемуся в паническом ужасе; Джеки думает: «Какого черта?» — и наводит прицел на грудь монстра, но…
желтый: что-то не так, в прицел ничего не видно; Джеки убирает его, моргает и вновь подносит к глазу;
зеленый: и видит Уэйна в плаще, темным облаком раскинувшемся позади него между распростертыми в стороны руками, и зеленая вспышка мерцает на черном фоне;
синий: Уэйн стоит перед вожаком, и голова его окутана черной субстанцией, виден только рот, который что-то говорит твари, тщетно пытающейся дотянуться до противника; Джеки стоило бы сейчас читать по губам; у нее это всегда получалось; но она не может поверить в то, что видит;
фиолетовый: Уэйн протягивает руки, укутанные черной хламидой, хватает вожака за челюсти и разрывает его голову надвое; кровь хлещет из шеи монстра, такая же черная, как и то, что овладело Уэйном; ни минуты не колеблясь, Джеки переводит прицел на грудь друга, на тьму, шевелящуюся там, — она могла поклясться; на тьму, Боже, помоги, тянущуюся к кровавому облаку впереди; время превращается в каморку, по которой Джеки вышагивает без устали, пытаясь утихомирить хор, гудящий у нее в голове: «Какого хрена!», «Ты что творишь?», «Как ты без него протянешь?», «Ты ему стольким обязана», «Да что же он такое?!». Палец на курке; раз решила, надо сделать это сейчас; в следующий же миг Уэйн заметит, что она затеяла, — огни на мосту погасли, погружая округу в темноту; и ребенок выбрал именно этот момент, чтобы толкнуть Джеки в живот, толкнуть сильно, она даже охнула и отпустила курок, и потом взорвалось то, что Уэйн установил на мосту, что бы это ни было; вспышка света и звука, ослепительный, как бриллиант, «БА-БАХ!», заставивший ее вжаться спиной в рюкзак, обхватив голову руками и отбросив ружье, позабытое в страхе; воздух сотрясала взрывная волна; земля дрожала, пока мост валился в реку, и лопались, словно гитарные струны, несущие тросы; куски металла, обломки асфальта несутся мимо нее, пока мост стонет, словно поверженный гигант; Джеки набралась смелости и взглянула на его здорово просевшую конструкцию; силы, которые прежде пребывали в равновесии, высвободились; поддерживающие тросы дрожали, башни кренились в сторону друг друга, и Джеки была уверена, что мост, скручиваясь, разорвет на части сам себя; малыш снова толкался, раз-два; и Джеки спряталась за рюкзак в отсутствие другого подходящего убежища, и земля по-прежнему сотрясалась, и протяжный вопль мегатонн металла, сопротивляющегося подступающей агонии, разносился многократным эхом над холмами, заставлял малыша ерзать в чреве, и она укрыла живот руками, свернулась калачиком, как только могла, убаюкивала, все хорошо, хорошо… и позже Джеки двинулась на север — миновала еще три автомобиля, предлагавших своим пурпурным обитателям изо дня в день один и тот же вид на окрестности; Уэйн шел с нею, жалуясь, что мост не обрушился полностью (тот не упал; гротескный крен башен, провисшие тросы, проехать невозможно, но конструкция все еще соединяла два берега); Уэйн, вновь снявший свой — как бы вы это назвали? черный костюм? — она поддакивала, неуклюже, но старательно, и на ее вопрос он ответил: да, все кончено, Своры больше нет, но лучше нигде не задерживаться: до Кингстона далеко, и кто знает, что творится на той стороне Гудзона? — если Уэйн знал, что Джеки держала его на прицеле, получив шанс распоряжаться его жизнью, как она могла распоряжаться жизнью ребенка, последние часы неустанно напоминавшего о своем существовании (и значит, она могла — пока что — больше не бояться за малыша), если Уэйн подозревал, какие вопросы обуревают ее, готовые вот-вот сорваться с ее губ, если ему было известно, что Джеки шла, держа одну руку в кармане куртки, потому что прятала там третий пистолет, солгав, что, должно быть, его откинуло куда-то взрывной волной, то не показывал и виду.
К ночи они были уже далеко.

«Salvage» © 1986 by Orson Scott Card. Originally