Апокалипсис

не было. Просто эти сны пугали его.
— Думаю, что надо было взорвать все эти штуковины, чтобы они не рухнули вниз и не угробили людей, — сказал Дивер.
— Может быть, это и к лучшему, что их не стали трогать, — возразила Рейн. — Может быть, есть много людей, которые любят вспоминать о том, каких вершин мы когда-то достигли.
— Чего тут вспоминать? Они построили высокие здания, а потом не смогли защитить их от потопа, чем тут хвастать?
Дивер пытался удержать Рейн от воспоминаний, но Лехи, похоже, очень нравилось погружаться в мир прошлого.
— Ты бывала здесь до того, как пришла вода?
Рейн кивнула:
— Я видела, как по улице, вот там внизу, шло праздничное шествие. Не могу вспомнить, то ли это было на Третьей Южной улице, то ли на Четвертой. Думаю, что на Третьей. Я увидела сразу двадцать пять лошадей и помню, что это показалось мне настоящим чудом. В те времена редко можно было увидеть лошадь.
— Уж я-то достаточно повидал их на своем веку, — сказал Лехи.
— И на них, должно быть, надели праздничные попоны. Терпеть не могу обсуждать то, чего я сам не видел, — сказал Дивер.
Обогнув верхнюю часть какого-то здания, они приступили к осмотру прохода между башнями. Сидевшая на корме Рейн увидела это первой.
— Вот он. Посмотрите. Теперь от него остались только эти высокие шпили.
Дивер налег на весла, и они продвинулись еще дальше по проходу. Там из воды выступало шесть шпилей. Четыре из них были короче других, и поэтому их почти полностью скрывала вода. Над водой возвышались только их остроконечные верхушки. В двух более высоких шпилях были видны окна, которые находились над водой. Дивер был разочарован. Эти широко открытые окна означали, что любой мог без труда проникнуть внутрь. Все было гораздо безопаснее, чем он предполагал. Может быть, Рейн права и здесь ничего нет.
Пришвартовавшись к северной части одной из башен, они стали ждать, когда будет светло.
— Если бы я знал, что все так легко, — сказал Дивер, — то поспал бы еще часик.
— Так поспи сейчас, — предложила Рейн.
— Да, наверно, я так и сделаю.
С этими словами Дивер слез со скамьи и растянулся на дне лодки.
Но ему было не до сна. Всего в нескольких ярдах от него находилось окно — черная глазница на фоне отражающего звездный свет серого гранита храма. Там, внизу, лежало его будущее, его шанс улучшить собственную жизнь и жизнь своих друзей. Возможно, у него будет участок земли на юге, где гораздо теплее и зимой снежный покров не достигает, как здесь, пяти футов. Там не будет этих постоянных дождей и этого бескрайнего озера. Там он будет долго-долго жить и вспоминать старые добрые времена, которые провел со своими друзьями. Все это ожидало его там внизу, под водой.
Конечно, ему ничего не говорили о золоте. Он узнал о нем, когда находился в пути. У дороги было одно местечко, под названием Парован, где часто останавливались дальнобойщики. Там находилась шахта по добыче железной руды, которая работала в каком-то безумном ритме. Шахтеры грудились в ней посменно, круглые сутки, и поэтому забегаловки никогда не закрывались. Поскольку в городке было не так уж много мормонов, то в этих забегаловках дальнобойщики могли даже попить горячего и крепкого кофе. Шахтеры не слишком позволяли епископу влезать в свои дела. На самом деле они даже называли его судьей, а не епископом. Дивер со стороны наблюдал за тем, как другие водители беседовали между собой, когда тот парень стал рассказывать о временах золотой лихорадки, когда мормоны копили все золото, что им удавалось добыть, и прятали его в верхних помещениях Храма, куда не мог входить никто, кроме пророка и двенадцати апостолов. Сначала Дивер ему не поверил, хотя Билл Хори одобрительно кивал, как будто мог подтвердить, что это правда, а Кэл Сильбер заявил, что его никакими пряниками не заманишь в храм мормонов, так как это верная смерть. Их испуганные и тихие голоса убедили Дивера в том, что они во все это верят, а еще он понял, что если уж кто-то и намерен добыть это золото, так это он сам.
Впрочем, то, что сюда оказалось так легко добраться, еще ровным счетом ничего не означало. Дивер знал, как мормоны относятся к Храму. В течение некоторого времени он расспрашивал их о Храме, но никто так ничего ему и не рассказал. Никто из них не имел ни малейшего желания говорить на эту тему. Как только он спрашивал, случалось ли им подплывать к Храму и осматривать его, они сразу же умолкали, качали головой или меняли тему разговора. Спрашивается, зачем Озерный патруль охраняет Храм, если все и без того боятся к нему подходить? Все, за исключением Дивера Тига и двух его друзей.
— Хорошего понемножку, — сказала Рейн.
Дивер проснулся. Солнце поднялось над вершинами гор,