Апокалипсис

и жертвовали) и собственным благополучием ради Арти. По-моему, все объясняется тремя качествами, которые были присущи Арти, как никому другому: состраданием, убежденностью и непреклонностью. Если Арти утверждался в какой-либо мысли, он следовал ей с упорством, какое крайне редко встречается, сила его рвения была такова, что поглощала остальных, как космическая черная дыра.
Велосипеды стали для него всем. Опираясь на отрывочные знания моего отца и несколько книг, которые нам удалось отыскать в Сети, Арти научился не только управляться с велосипедами и ремонтировать их, но и попутно изучил рамочную геометрию, стрессовые факторы и метрику производительности. Я тоже кое-что усвоила, потому что рядом с Арти невозможно было не учиться, но в основном сосредоточилась на уходе и ремонте. Его не удовлетворяло, что мы просто умеем ездить на велосипеде или даже правильно содержать его. Мы должны были неустанно тренироваться. Он поднимал нас каждый день ни свет ни заря и заставлял колесить но пустым улицам Б-9 и Б-7. Мы накачали мышцы на ногах, соревнуясь в скорости и выносливости.
Вскоре мы примелькались во всех секторах Б и Г, даже в некоторых А. Семнадцать велосипедистов, несущихся плотной группой на скорости более тридцати километров в час, производят сильное впечатление. В этом были свои плюсы и минусы. Шайка негодяев из А-12, известных как Большие Псы, пыталась устраивать нам засады, когда мы проносились через их сектор, а мы появлялись там частенько, сопровождая Арти в академию Спарка и обратно. Но мы слишком хорошо соображали, слишком быстро двигались и слишком хорошо ориентировались, чтобы кто-то сумел нас подловить.
Существовало две причины, заставлявшие Арти, невзирая на любые препятствия, ездить в академию Спарка. Даже три. Третья заключалась в том, что он просто не переносил, если ему говорили, что он чего-то не может. Первая же состояла в том, что он любил учиться. Это давало ему заряд энергии. Он увлекался механикой, и преподаватели академии всячески его поощряли в этом. По-моему, они надеялись, что он сумеет спасти от разрушения инфраструктуру нашего хабитата.
А второй причиной была Ивонна.
У Арти были девушки в нашей округе с тех самых пор, как он повзрослел достаточно, чтобы понять, зачем мужчина вставляет контакт А в слот Б. Он не рассказывал мне о своих первых опытах — ведь я как-никак девушка и вряд ли оценила бы его победы. Я сама поняла, что это произошло, потому что видела девицу, которая пыталась завладеть им. Как же, держи карман шире. Арти всегда нравились шикарные девушки, а какой может быть шик в Б-9.
Ивонна же определенно была шикарной девушкой. Я ее никогда не видела, но Арти мне о ней все рассказал. Он потерял голову, а такое не расскажешь парням, поэтому он рассказывал мне. Он признался, что многое из того, чему учат в академии, он мог бы усвоить из учебников и видео, доступных даже для таких устаревших компьютеров, как в Б-9. К тому же он мог бы вполне прилично зарабатывать на курьерских услугах. Так что особой нужды в университетском курсе не было. Но девушка вроде Ивонны не пойдет замуж за курьера и не станет жить в Б-9. Значит, ему придется получить академическую степень и добиться перевода в более престижный жилой сектор, чтобы заполучить Ивонну.
Справедливости ради должна сказать, что он бы в любом случае пошел в академию. Не то чтобы его не устраивала работа курьером — он любил испытывать свои возможности, преодолевать препятствия, рисковать на грани возможного. Он вовлек нас всех в курьерский бизнес, и ему нравилось быстро и надежно доставлять пакеты тем, кто боялся ходить по улицам. У него была врожденная потребность помогать людям и облегчать им жизнь, а также защищать детей и помогать новичкам. Эта потребность глубоко укоренилась в нем и стала основой составленного им Кодекса чести.
Однако ради Ивонны ему необходимо было стать кем-то поважнее курьера. Остальные из нашей группировки знали, что у Арти есть девушка в академии, но они полагали, что она ничем не отличается от здешних девиц, разве что развлекаться с принцессой из С-5 гораздо шикарнее, и наши парни только больше зауважали Арти. Вот почему, когда Ивонна дала ему отставку, он вскарабкался ко мне По водосточной трубе и рыдал на моем плече.
Мы с Арти никогда не были любовниками, вовсе нет. Он не интересовался мной в этом смысле, а я отнюдь не стремилась соблазнить его. Это был бы просто смех: я женщина невзрачная, если не сказать некрасивая, а уж в детстве была и вовсе чучелом. Мама говорила, что это все от радиации, которой мы подверглись там, снаружи. Впрочем, она все валила на радиацию. По мне не надо было долго глядеться в зеркало, чтобы увидеть унаследованный от родителей вытянутый подбородок и близко посаженные