Апокалипсис

прошептал он.
— Замолчи, Арти! — умоляла я. — Не смей покидать меня! Не смей!
Немыслимо, но он улыбнулся.
— Фея Моргана, — прошептал он, — унеси меня на остров Авалон…
По легенде мы успели доставить его в госпиталь, врачи сумели поддержать в нем жизнь, а потом поместили в криогенную камеру. На следующем космическом пароме эта камера отправилась на отдаленную планету, где ждала Саронда и где медицинская наука достигла таких высот, что его смогли вылечить. Когда-нибудь он совсем выздоровеет и вернется на землю, в Кан-хаб. А пока ангелы Арти не теряют надежды и продолжают его дело.
Такова легенда. Но на самом деле Арти умер у меня на руках той же ночью, а никакая «скорая» не приехала вовсе. Кто же поедет в Б-9! Мы с Луисом втащили его в разрушенный туннель, где остался только узкий проход. Мы положили его там и замуровали проход, никому не сказав об этом. А я сочинила сказку о криогенной камере. Ха. Можно подумать, что в Кан-хабе есть что-либо подобное.
Вот правдивая история о том, что случилось с Арти Д’Анжело, но не рассказывайте ее никому в Кан-хабе. После смерти он стал еще большим героем, чем при жизни, — уж я постаралась. Преступная выходка нигилиста лишила меня друга, предводителя нашего братства, моей путеводной звезды, но я ни за что не позволю лишить Кан-хаб надежды. Легенды о деяниях Арти множатся, и в них он совершает немыслимые подвиги во славу беспомощных и обездоленных, оберегая жизнь тех, кого он оставил здесь.
Ради нас он отверг возможность жить сто лет в покое и довольстве с той, кого любил. Взамен я дарю ему бессмертие.
Спи спокойно на своем Авалоне, мой Артур. Кан-хаб тебя не забудет.

Джерри Олшен является автором романов «За пределами рая» («Paradise Passed»), «Особый звездный экспресс» («The Getaway Special»), «Где угодно, только не здесь» («Anywhere But Неге») и нескольких других. В 1998 году он получил премию «Небьюла» за повесть «Не демонтировать!» («Abandon in Place»), на основе которой позднее был написан роман. Перу Олшена принадлежит более ста рассказов, многие из них появлялись на страницах журналов «F&SF» и «Analog».
В рассказе «После Судного дня», который в данной антологии публикуется впервые, библейский день Страшного суда показан с рационалистической точки зрения. Экипаж космического корабля, возвратившегося на Землю, обнаруживает, что вознесение праведников состоялось во время их отсутствия. Олшен, считающий религию бичом человечества, размышляет, так ли это плохо — «остаться за бортом».

В то утро было холодно, и когда я шел но дорожке в поисках Джоди, снег поскрипывал у меня под ногами. После ночного бурана ледяная корка недельной давности покрылась слоем свежего снега, доходившим до щиколотки. Я ясно видел цепочку следов, извивавшуюся среди скелетов тополей и скрывавшуюся за поворотом дороги. Джоди отправилась в сторону гор. Но не нужно было смотреть на следы, чтобы догадаться: она ушла одна.
Кроме отпечатков ног Джоди, нигде не было заметно присутствия человека. Тишину нарушал лишь скрип моих сапог, и единственное движение создавали облачка пара, вылетавшие у меня изо рта. Несмотря на то что я был в пуховом пальто, мне казалось, что я ощущаю жуткий холод. Я понимал, почему Джоди выбрала эту тропу. В этом уединенном месте ее не преследовало чувство, будто она ищет людей, которых здесь нет.
Я нашел Джоди сидящей на изгороди; она пристально вглядывалась в горы, видневшиеся за покрытыми снегом полями. Она сидела на нижней жерди забора, положив подбородок на верхнюю перекладину, на руки в перчатках. Каштановые волосы, доходившие ей до плеч, выбивались из-под зеленой вязаной шапочки. На снегу видны были небольшие канавки — она болтала ногами. Услышав скрип моих сапог. Джоди повернула голову, произнесла: «Привет,