Тема конца света, одна из основных в научной фантастике, на протяжении многих лет будоражит умы людей. Мы с содроганием и невольным любопытством представляем себе момент гибели всего сущего, втайне надеясь получить шанс заново отстроить этот мир.
Авторы: Вилсон Фрэнсис Пол, Рейнольдс Аластер, Лейбер Фриц Ройтер, Сильверберг Роберт, Вильгельм Кейт, Уильямсон Джек, Грин Доминик, Лэндис Джеффри А., Бейли Дейл, Пол Ди Филиппо, Бир Элизабет, Бейкер Кейдж, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Доктороу Кори, Бродерик Дэмиен, Эшли Майк, Бартон Уильям Реналд, Браун Эрик, Нагата Линда, Барнетт Дэвид, Куниган Элизабет
ладонью мне в грудь, отчего у меня едва не перехватило дыхание. А он даже не напрягся.
Мне захотелось убежать, но я остался.
— Нет, — заявил он. — Все не так.
— Да ну? — усомнился я. — Какое такое «все»?
Он ухмыльнулся:
— Считай, что я ничего тебе не говорил. Но если бы я знал об этом хоть что-то (учти, я сказал «если бы»), то меня бесили бы вовсе не убийства. Нет, проблема в том, что грохнули совсем не тех людей. Если тебе в руки попадает такое чудесное оружие, то им нельзя убивать своих. Зачем спасать мир, если он потом заполнится идиотами-христианами и черными дикарями? Только зря людей угробили, если хочешь знать мое мнение.
Новость должен был доставить Мясник Джек, но было лето, стояла жуткая жара, а в его главном холодильнике возникли какие-то неполадки. Поэтому вместо него ко мне приехал старый Феррис. Я копался на свалке, что на заднем дворе, — искал трубу, которую можно было бы вставить в нашу растущую оросительную систему. Громкий треск мотора заставил меня вернуться к дому. Я обошел его и увидел на крыльце Лолу в окружении нескольких собак. Возле двери, но внутри стояла у стены ее любимая крупнокалиберная винтовка «бушмастер». Гость еще сидел на небольшом мотоцикле, и поднятая им пыль медленно оседала на утоптанную пыль перед домом. Лола с ним говорила. Приветливее, чем она разговаривала со мной, она поведала Феррису, что он может зайти в дом или хотя бы в тенек на крыльце. И не хочет ли он выпить воды, у нас ее много, и ее совсем не затруднит сходить за ней, ведь ему жарко, и как ему ехалось из города?
Феррис молчал, но вежливо — ни гримас, ни демонстративных взглядов на безоблачное небо. Но даже за много миль от Спасения он отказывался разговаривать с любым человеком, официально и навсегда изгнанным из города.
Я окликнул его.
Он мгновенно просиял. Перенес негнущуюся ногу через сиденье, поставил мотоцикл на ножки и посмотрел на меня, на секунду-другую забыв, для чего приехал. Потом вспомнил. Глаза его наполнились печалью, и тогда я понял, что он привез плохие новости. Нетрудно было угадать, что именно он скажет, но слова меня все-таки проняли.
— Я насчет твоей мамы, Ной, — начал он. Потом, медленно покачав головой, мой старый друг сказал: — Померла она сегодня утром. Как раз перед восходом.
Я промолчал.
Тогда он ответил на вопросы, которые я мог задать:
— Померла она от рака. Мучилась не очень сильно. Правильные молитвы мы прочитали. Я так думаю, под конец она уже не соображала, где находится. Не так уж оно и плохо, ежели подумать.
Он смолк и уставился на меня.
— Что еще? — спросил я.
— Она говорила о тебе. А в последние дни все спрашивала, где ты. Сама уже не помнила.
Я поднялся на крыльцо и положил потную ладонь на влажную спину жены.
— Что ж… — проговорил я и, немного подумав, признал: — Пожалуй, мне следует знать, что она умерла. Так что спасибо.
Феррис хотел смотреть только на меня, но его взгляд упорно цеплялся за Лолу.
— Воды хочешь? — спросил я.
Он почти сказал: «Да». Но он столь последовательно отказывался до этого, что теперь уже не мог согласиться. Поэтому он глубоко вдохнул и выдал оставшуюся важную новость:
— Она спланировала свои похороны. Несколько недель назад, еще когда не шибко сильно болела, она сказала, как для нее важно, чтобы ты приехал и тоже понес ее гроб.
— Нет, — машинально отрезал я.
Лола шевельнулась под моей ладонью.
Я покачал головой и сошел с крыльца, внезапно разозлившись на этого человека, ни разу не сказавшего плохого слова никому из нас. Он был простым и порядочным человеком, много раз помогавшим моей семье за эти годы. По сейчас на меня обрушилось слишком много эмоций для одного дня, который лучше было бы провести в тенечке. Я подошел, остановился перед ним, а он лишь смотрел на меня. Его маленький рот был печально сжат, но в глазах не было и капли тревоги. Он меня не боялся. Ему было жаль меня, и он не отказался бы, если бы эту печальную весть донес до меня кто-то другой. Но ему хватило смелости или упрямства подождать, и, когда мои эмоции стали остывать, он сказал:
— Решать тебе, Ной. Похороны завтра утром, начало в мэрии.
— Меня там не будет, — пообещал я.
Феррис кивнул, забрался на мотоцикл, дважды нажал на стартер и уехал — жилистый человечек, исчезнувший в свежеподнятом облаке пыли.
Вымотанный разговором, я вернулся на крыльцо. К Лоле. Но сочувствие и понимание я получил там лишь от собак, лежавших у ее ног.
— Что? — спросил я.
Она повернулась и вошла в дом.
Я тоже вошел и переспросил:
— Что?
Она вдруг решила, что сейчас важнее всего прибраться на кухне. Лола принялась раскладывать тарелки по шкафчикам, сортировать ложки, вилки и чашки, а я наблюдал
