Тема конца света, одна из основных в научной фантастике, на протяжении многих лет будоражит умы людей. Мы с содроганием и невольным любопытством представляем себе момент гибели всего сущего, втайне надеясь получить шанс заново отстроить этот мир.
Авторы: Вилсон Фрэнсис Пол, Рейнольдс Аластер, Лейбер Фриц Ройтер, Сильверберг Роберт, Вильгельм Кейт, Уильямсон Джек, Грин Доминик, Лэндис Джеффри А., Бейли Дейл, Пол Ди Филиппо, Бир Элизабет, Бейкер Кейдж, Стивен Бакстер, Рид Роберт, Доктороу Кори, Бродерик Дэмиен, Эшли Майк, Бартон Уильям Реналд, Браун Эрик, Нагата Линда, Барнетт Дэвид, Куниган Элизабет
верно.
— Ну?
Я и не ожидал, что он ответит, поэтому удивился, когда он сказал:
— От людей настолько злобных, с такими гнилыми душами, что ты и представить не можешь, Пьер.
И замолчал, как будто подзуживал меня спросить еще.
Я управлял грузовиком на следующий день, когда мы подъехали к эскарпу, возникшему на краю бывшего Средиземного моря.
— Хотите на такое взглянуть? — спросил Дэнни.
Кат и Эдвард протиснулись в кабину.
Земля перед нами резко уходила вниз, внезапно превращаясь в огромный плоский кратер, настолько большой, что взгляд не мог охватить его целиком. Высохшее морское дно покрывали трещины и разломы, и цвет у него был такой же серо-стальной, как на виденных когда-то фотографиях лунной поверхности. Горизонт расплывался и дрожал, искаженный маревом.
Я взглянул на Дэнни. Он смотрел вперед, утратив дар речи. Я понял, что перед ним сейчас та цель, которой он решил достичь месяцы назад, когда к нему пришла идея путешествия на юг.
— Проедем еще часа четыре или пять, потом остановимся на ночь, — решил он. — За ужином посидим над картой и решим, куда ехать дальше.
Эдвард и Кат вернулись в прихожую. Меня порадовало, что Череп не заявился в кабину.
Я вытер пот с лица. В кабине была духота — термометр показывал почти тридцать пять градусов. Рядом с ним располагалась шкала наружного термометра: пятьдесят пять. При такой температуре человек умрет меньше чем за час.
Дэнни сел за руль и повел грузовик параллельно эскарпу, высматривая подходящий спуск к бывшему морю. Километров через пять мы доехали до участка берега, который понижался более-менее плавно, и Дэнни осторожно перевалил через его край, двигаясь со скоростью улитки. Под колесами захрустела выжженная почва, рассыпаясь мелкой, как цемент, пылью. Грузовик стало покачивать на кочках, и Дэнни притормозил, замедляя спуск.
Наконец бывшее морское дно стало плоским, и мы прибавили скорость. Встречный ветер сдувал пыль за спину. Перед нами распростерлась огромная равнина, изборожденная трещинами и усеянная предметами, которые я поначалу не мог распознать. Когда мы подъехали ближе, я понял, что это ржавые остовы кораблей, торчащие под разными углами из морского дна. Мы проехали в тени одного из них, огромного лайнера, красного от ржавчины. Его обшивка проржавела до дыр, но изящные линии уцелевших надстроек все еще свидетельствовали о гордом прошлом. Мне оказалось трудно вообразить, что такой большой корабль действительно мог плавать — казалось, это противоречит законам физики.
Дэнни показал, и под высоченным бортом корабля я разглядел кучку белых палок, похожих на выбеленное солнцем дерево. Мы приблизились, и я увидел, что это кости. Округлые глазницы контрастировали с геометрической точностью бедренных и берцовых костей: черепа.
Я покачал головой:
— Не понимаю…
— Думаю, на корабле когда-то давно была колония, — предположил Дэнни. — Когда они умирали один за другим, еще живые выбрасывали тела за борт.
— Как думаешь, кто-нибудь из них выжил? — спросил я, зная ответ еще до того, как Дэнни покачал головой.
— Это было, пожалуй, лет тридцать назад. Когда засуха становилась все сильнее, а нации рухнули. Образовывались племена, власть законов кончилась. Каждый стал сам за себя. Колонии возникали на кораблях, пока океаны еще существовали, — чтобы убраться подальше от войн на суше.
Я покачал головой, представив, какие ужасы творились в корабельных колониях в их последние, исполненные отчаяния дни.
Мы поехали дальше, на юг.
Часа через два справа поднялись пять пирамид. Они возвышались над высохшим дном на сотни метров, а их игольчатые пики четко выделялись на фоне неба, светлого, как алюминий.
Дэнни взглянул на карту:
— Это бывшие Балеарские острова, часть старой Испании.
— И люди жили на такой высоте? — недоверчиво спросил я.
Он улыбнулся:
— Это были небольшие участки суши, окруженные морем, Пьер. Острова.
Я покачал головой, с трудом представляя такую конфигурацию суши и моря. На вершине ближайшего пика я разглядел прямоугольные очертания уцелевших зданий и рухнувшие стены других.
Вскоре острова остались позади.
Через три часа алое солнце коснулось горизонта справа от нас. Впереди, над Африкой, сгустились индиговые сумерки, не тронутые магнитными бурями.
— Ужин через десять минут! — крикнула нам Кат.
Дэнни остановил грузовик, и мы присоединились к остальным. Он развернул карту и показал, где мы находимся.
Кат дала нам по тарелке жареной картошки с зеленью — мясо решили экономить. Она уже понесла тарелку нашему пассажиру, когда Череп выбрался из койки и похромал к столу.
— Не возражаете,
