Журналистка Сенека Хант, работая над статьей о раскопках гробницы Монтесумы в Мехико, узнает, что останки императора ацтеков исчезли. Последовавшие затем страшные события приводят девушку к мысли начать собственное тайное расследование.
Авторы: Шоулз Линн, Мур Джо
два?
Мэтт и Эл переглянулись и сказали одновременно:
— Иди Амин Дада.
Сенека кивнула и взглянула на Мэтта.
— И скажи мне, что это просто совпадение.
Он поднял руки, показывая, что сдается.
— Ладно, согласен, на этот раз прямо в точку.
— Значит, останки африканского диктатора похитили, — заговорил Эл. — Потом человек, заявляющий, что он Иди Амин, убил профессора Флореса, представился его именем и попытался убить вас двоих. Нельзя не предположить, что это как-то связано, но все равно слишком много непонятного.
— По-моему, прежде чем возвращаться в Майами, надо заехать в Мехико, — сказал Мэтт. — Я считаю, что нам нужно получить разрешение осмотреть фонд Флореса.
— Я могу договориться, чтобы мы получили доступ в библиотеку, — ответил Эл. — Министр здравоохранения Мексики — мой старый друг.
— Я не в восторге от идеи снова ехать в Мехико, — отозвалась Сенека. — Но если мы можем получить там хоть какие-то ответы…
Зазвонил ее мобильный телефон. Она взяла трубку и стала внимательно слушать.
— Спасибо. Я приеду, как только смогу. — Завершив звонок, она повернулась к Мэтту. — Придется тебе ехать в Мехико без меня.
— Что случилось? — спросил он.
Она перевела взгляд на Эла.
— Маму утром доставили в Мемориальную больницу Джексона. Она в реанимации.
— Что с ней?
— Пневмония. — Сенека нажала в телефоне на иконку списка контактов и прокрутила список номеров. — Я возвращаюсь в Майами немедленно.
— Мэтт, поезжай в Мехико. — Эл взял Сенеку за руку. — Я еду с тобой.
— Нет, тебе необязательно. Я справлюсь.
— Знаю, что справишься, — сказал Эл. — Но я тоже хочу поехать. Я договорюсь о билетах. Кроме того, я хочу убедиться, что за Брендой ухаживают наилучшим образом. Может быть, понадобится сменить врача. Деньги не имеют значения.
Сенека отвернулась и сделала шаг в сторону. Она не хотела больше никаких милостей от отца, она и так зависела от него сильнее, чем ей хотелось бы.
Эл уже говорил с кем-то по телефону, заказывая билеты на самолет.
Мэтт взял Сенеку за руку.
— Эл просто хочет помочь.
Она понимала, что он прав.
— С твоей матерью все будет в порядке?
Ответить Сенека не могла, потому что еле сдерживала слезы. Просто закрыла глаза и пожала плечами.
2012, Майами
Приземлившись в международном аэропорту Майами, Сенека отыскала свою машину и поехала прямо в Мемориальную больницу Джексона. Они с Элом прилетели одним рейсом, но его машина находилась на другой стоянке. Они должны были встретиться в больнице. Они обсуждали вариант, при котором Эл задерживается в Панаме, чтобы быстро съездить на остров и получить генетический материал трупа для его идентификации. Но Эл сказал, что это можно отложить. В конце концов, труп никуда не уйдет. Эл намеревался вернуться, как только состояние Бренды стабилизируется, либо…
Ей не хотелось думать об этом.
Когда она вошла в холл на втором этаже северного крыла, был час посещений, и Джексоновскую больницу наполняла толпа людей. Сенека задержалась в дверях двухместной палаты матери. Утром Бренду перевели сюда из реанимации. Хорошая новость!
Первую кровать занимала женщина с длинными седыми волосами, похожими на паутину. Сенеке они напомнили бороды мха, свисающие на юге со старых дубов. Ее бледная кожа туго обтягивала выступающие кости. Проходя мимо наполовину задернутой занавески, окружающей кровать, Сенека поймала единственный взгляд, но его было достаточно, чтобы ее дернул острый укол сострадания.
На дальней кровати спала ее мать.
— Мама, — прошептала Сенека, хватаясь за ограждение сбоку кровати. Бренда не открыла глаз и никак не отреагировала на звук ее голоса. Тонкую, как бумага, кожу ее хрупких рук покрывало множество темно-фиолетовых синяков. Даже малейший ушиб оставлял на ней след почти навсегда. Сенека знала, что ноги матери под простыней и одеялом покрыты такими же пятнами. Преднизон — прекрасное лекарство, но из-за этого побочного эффекта мать выглядела так, словно ее избили. След оставался от любого соприкосновения, например с ножкой стола.
С поливиниловых мешков, прицепленных к шесту с четырьмя крючками, свисал клубок трубок. Попискивающие, жужжащие и молчащие мониторы отслеживали жизненные показатели Бренды и содержание кислорода в ее крови. Кислород подавался через другой набор трубок, чем-то подобным был оснащен насос в аквариуме Сенеки. Несмотря на дополнительную подачу кислорода в легкие, каждый вдох Бренды был затруднен и сопровождался
