Ничто не проходит бесследно. Предсказания исполняются, проклятия настигают, клятвы находят отзвук в молодых сердцах, давно истлевшие мертвецы требуют отмщения. Потомок древнего демона начинает нелегкий путь, пусть даже ему этого не слишком хочется, но все двери, что встречаются на его пути, открываются только в одну сторону.
Авторы: Малицкий Сергей Вацлавович
у костра. — Кто это? Где маг?
— Сейчас объясню! — выкрикнул Леганд, заклинивая дверь, из-за которой уже начинал валить дым, недолго прослужившим ему посохом.
— Я объясню, — бросил Саш, опуская Йокку.
Он шагнул на ступени и внезапно почувствовал странную слабость. Рослые стражники с мечами, бежавшие к лестнице, показались жертвами. Необходимость убивать вызывала почти тошноту. Если бы не ужас, который теперь корчился в пламени за закрытой дверью! Неужели отвращение и есть тот груз, о котором сказал Леганд? Да нет же! Скорее это просто усталость.
Стрелы Тиира и Линги поочередно сняли четверых стражников на стенах. Принц уже собрался помочь Сашу, но задвинул меч в ножны. Схватки не получилось. Полдюжины возниц в ужасе забились под телеги. Четверо оставшихся стражников бросили оружие, увидев, как Саш расправился с двоими наиболее ретивыми.
— А вот это мне нравится уже больше, — заметил Леганд, отодвигая ногой в сторону брошенные секиры. — Вот только что теперь делать с пленниками?
Саш оглянулся. С верхушки башни валил густой дым. Из-за двери вырывались языки пламени.
— Почему я не увидел узора на их коже? — спросил он Йокку.
— Узор появляется, когда колдун срывает с мертвого копейщика печать, отправляет его в бой, — объяснила колдунья.
— И тут еще с полдюжины связанных, — подал голос от повозок Леганд. — Думаю, что и тех и других надо отпустить.
— Согласна! — откликнулась Йокка. — Только придется на время лишить их памяти.
— Главное — нас твоими заклинаниями не зацепить, — весело крикнул со стены Тиир. — Спешить надо, сейчас тут будет такой факел, что вся округа сбежится!
— Скорее разбежится, — подошел, вытирая лоб, Леганд. — Пленники, судя по всему, смирились с возможной смертью. Я не спешил бы их развязывать. К тому же один из них болен. Надо все делать быстро и уходить. Прикидываться обозом с мертвыми копейщиками теперь нам не придется, но тут полдюжины неплохих лошадок. Поспешим!
— Возьми, — Йокка протянула Сашу свернутый кольцом клинок Болтаира, — на мою талию велик, тебе ни к чему, а деррке будет в самый раз. — Она оглянулась на спускающуюся Лингу. — Хороший подарок. Не от меня, от тебя.
Когда Алатель поднялся над горами, отряд уже на дюжину ли углубился в лес. Тягловые лошадки покорно приняли на себя седоков, не прислушиваясь к неторопливым понуканиям, степенно спустились по обрывистой тропе, пересекли сгладившую бурные струи речку Шеганов и потрусили дальше. Их невозмутимость обернулась выносливостью и безотказностью. Леганд, который чувствовал себя в хмуром раддском лесу как у себя дома, не мог нарадоваться на лошадей. Он ехал первым и без оружия. За ним следовала Линга, вооружившаяся отличным клееным раддским луком. Клинок Болтаира охотница спрятала под куртку, пообещав, что постарается подпускать к себе врагов не ближе, чем на половину полета стрелы. Йокка еле слышно гудела через сомкнутые губы, прикрыв глаза. Гудела и прислушивалась к чему-то. Тиир, приторочив к седлу копье, с интересом наблюдал за ней. На последней лошади, привязанной к коню Тиира, ехал пленник. Саш следил за ним непрерывно.
Еще ночью Йокка посадила перед собой захваченных стражников, обозников, освобожденных пленников, вновь вытащила полую деревянную трубку, набила ее коричневатыми листьями, раскурила и пустила клубы дыма в сторону задрожавших от ужаса раддов. Еще раз и еще. Пока ужас в их глазах не сменился радостным оживлением.
— Саш, — прошипела, обернувшись, колдунья, — открой ворота!
Йокка дождалась, пока створки распахнутся, затем выпрямилась и резко выкрикнула на раддском наречии:
— Бегите!
Пленники, которые только что с радостным изумлением рассматривали колдунью, вскочили на ноги и в ужасе побежали вниз по горной тропе. Все, кроме одного.
— Шеи себе переломают! — покачал головой Леганд. — А этот?
— Сейчас посмотрим, — подошла Линга к оставшемуся на камнях человеку. — Ты о нем сказал, что он болен?
— У него был жар, — объяснил Леганд. — Его трясло. Думаю, он серьезно простужен или…
— Или? — подняла брови Йокка.
— Или отравлен, — твердо сказал старик.
— Отравлен? — задумалась колдунья, обернулась: — Саш, Тиир, помогите нам.
Убедившись, что пленника креико держат за руки, Йокка подняла ему веки, рассмотрела зрачки, вопросительно взглянула на Леганда. Старик хмуро кивнул, ощупал шею ниже уха, сунул ладони под мышки, провел пальцами по затылочной впадине.
— Сной?
