Ничто не проходит бесследно. Предсказания исполняются, проклятия настигают, клятвы находят отзвук в молодых сердцах, давно истлевшие мертвецы требуют отмщения. Потомок древнего демона начинает нелегкий путь, пусть даже ему этого не слишком хочется, но все двери, что встречаются на его пути, открываются только в одну сторону.
Авторы: Малицкий Сергей Вацлавович
— спросила Йокка.
— Он самый, — вздохнул Леганд. — По глотку каждые два дня. Месяц-второй — и воин становится рабом этого напитка. Он не болен, хотя его тело покрывают побои. Его мучит страшная жажда.
— Поэтому и дым на него не подействовал, — выпрямилась Йокка. — Остальные будут бежать, пока не упадут. В любом случае последнюю неделю жизни вспомнят не раньше, чем через месяц.
— Что это — сной? — не понял Саш.
— Зелье, к которому элбан привыкает, как огонь к сухой ветви, и без которого гаснет, — объяснил Леганд. — Его дают раддские арданы воинам перед боем. Сил прибавляется вдвое, усталость исчезает, а, к примеру, убийство ребенка уже не кажется невозможным. Воин превращается в раба неутолимой жажды. И рано или поздно неминуемо гибнет. Сейчас он просто утомлен, но к полудню следующего дня приступ повторится. Интересно, отчего ему назначена участь мертвого копейщика? И сколько он уже без зелья?
— Месяц, — вдруг прошептал сухими губами пленник и медленно открыл глаза.
— Ты говоришь на ари? — поднял брови Леганд. — Месяц — это слишком много! Обычно не выдерживают и пару недель.
— Я очень крепок… был, — кивнул пленник. — Я плежец, но знаю… общий язык. Я вас знаю. Видел. Тебя, тебя, тебя, тебя… — Он перевел взгляд на Йокку: — Тебя нет. Тебя не было на могильном холме. Прошло больше, чем полтора месяца. Вы ушли через пламя.
— А ты? — строго спросил его Леганд. — Как ты попал сюда?
— Я убил вармика, — попытался рассмеяться пленник, но только закашлялся. — Я искал смерти, но меня не убили. Меня решили сделать мертвым копейщиком. Но не простым. Я был лучшим мечником арда. Таких отправляют сюда, чтобы собирать из них вармы самых ужасных бойцов. К счастью, я умру сумасшедшим плежцем, а не копейщиком. Спасибо вам.
— Сумасшедшим? — не понял Саш.
— Мое имя Пускис, — объяснил пленник. — Меня звали сумасшедшим, потому что я не боялся смерти. Я искал ее. И ищу до сих пор. И еще потому, что я убивал. Многих. В Холодной степи, в деррских лесах, в деревнях шаи, везде, где проходили наши арды. Воинов, женщин, детей, стариков… Без разбора.
Саш отпрянул, стиснул кулаки, шумно выдохнул Тиир, замерла Линга.
— Почему? — спросил медленно Леганд.
— Я должен придумать оправдание? — удивился пленник. — Его нет. Я мог бы сказать, что меня опоили сноем, но я помню каждый свой удар, — значит, оправдания нет.
— Почему ты убил вармика? — спросила Йокка.
Пускис облизал сухие губы, закрыл глаза, начал медленно говорить, неуловимо искажая слова.
— Мы вошли в деревню авглов. После Мерсилванда часть ардов переправилась через Силаулис, часть отправилась в междуречье с Крильдисом. Наши лазутчики доложили, что мужчин в деревне на стрелке рек почти нет. Но и тех, что остались, хватило, чтобы убить две дюжины наших воинов. Авглы отличные мечники. Погибли многие — мой земляк Хамм, балагур Клебех, другие. После этого деревню сожгли, всех обитателей убили. И я убивал. Больше других. А потом… потом вармик снял с обоза салмские доспехи и приказал надеть их на наших погибших. В том числе и на Хамма. Когда я спросил его, зачем это делать, он, посмеиваясь, объяснил, что, когда авглы вернутся, они подумают, что их жен и детей перебили салмы, и станут на сторону Эрдвиза. Я убил его мгновенно. Имя короля еще не перестало звучать в его глотке, когда он захлебнулся кровью.
— Почему? — холодом прошелестела Линга. — Неужели тебя могло что-то обидеть? Обычная раддская хитрость. Кровавая хитрость.
— Обычная, — кивнул Пускис — Только я не знал о ней. В деррских деревнях и поселениях шаи мы уничтожали всех. Поиском воинов занимались маги, такие, как Болтаир, который, вероятно, сейчас поджаривается в огне. Он выходил во двор, обещал сделать из меня лучшего мертвого копейщика. Но прошлой осенью я еще не был воином Аддрадда. Я рубил эрны в Плежских горах, жег уголь, добывал смолу, охотился. Однажды, вернувшись домой вместе с Хаммом, мы увидели, что наши жилища сожжены, а семьи уничтожены. Порублены на куски. А среди мертвых плежцев лежали несколько элбанов в салмских кольчугах. Думаю, что я сошел с ума именно тогда. Раддский ард не пришлось долго искать. Меня сделали мечником, напоили сноем и дали возможность мстить.
— Не только сноем, — пробормотала Йокка, вновь к чему-то прислушиваясь. — Вас околдовывали постоянно, как архов. Я чувствую следы магии. Поэтому Тохх и стоял во главе этой армии, что умывала кровью окрестности Холодной степи. Он делал из вас убийц.
— Ему не пришлось слишком уж утруждать себя, — скривился Пускис.
— Что ты собираешься делать теперь? — спросил Саш.
— Ждать, когда вы убьете меня, — ответил пленник. — Опуститься во тьму, выпрямиться и обернуться. Мертвые идут за
