Ничто не проходит бесследно. Предсказания исполняются, проклятия настигают, клятвы находят отзвук в молодых сердцах, давно истлевшие мертвецы требуют отмщения. Потомок древнего демона начинает нелегкий путь, пусть даже ему этого не слишком хочется, но все двери, что встречаются на его пути, открываются только в одну сторону.
Авторы: Малицкий Сергей Вацлавович
была? — оглянулся Дан. На месте помоста темнела черная проплешина.
— Не Барда, конечно, — согласился банги. — Едва ари колдовство свое начать попытались, как эрн ветвями зашумел, а мертвяк в кресле сам по себе и вспыхнул. Колдуны сразу все поняли и так шустро поспешили убраться, что только их и видели.
— А вас кто освободил? — не понял Дан.
— Этот самый Кираст и освободил, — сказал Хейграст. — Кстати, пойдем, Дан. Кое-кого покажу тебе. Вон в том шатре мы пока остановились. Правда, мертвечиной там попахивает. Барды — это шатер, зато все наше оружие там, и меч твой, конечно, тоже.
Хейграст шагнул вперед, Дан поспешил за ним и под недовольное сетование Баюла на короткие ноги начал протискиваться среди зеленых воинов.
— А ведь мы в самом центре Лингера, — поразился мальчишка. — Вытоптано-то как все! Здесь вот дорога, вон в той стороне был мой дом, там мы хоронили крестьян, а вот и холм. За ним источник, где мы нашли… Аенора.
— Здесь мы его и потеряли, — сказал Хейграст. — А вот и наш шатер.
Нари откинул полог, Дан шагнул внутрь и увидел Омхана, Бруска, Гринша, Дарлина, а также Райбу и Негоса, суетящихся у ложа израненного человека.
— Кто это? — спросил Дан.
— Не узнаёшь? — послышался знакомый голос. — Это же я, Фарг.
— Ничего? — спросил Леганд.
— Нет, — покачал головой Саш, отнимая руки от зеркальной поверхности.
Ничего не было за плоскостью зеркала, только толща скалы. Но оставалась память. Как легкое сожаление об утраченном, она мерцала на поверхности камня, и даже собственное отражение казалось Сашу зыбкой фигурой незнакомца из прошлого.
— Надо уходить, — вежливо, но твердо сказал маленький шаман, вытирая губы.
Копченый поросенок, действительно удивительно вкусный, был уже съеден на каменных ступенях, и Тиир, потирая живот, с удовольствием заметил, что, оказывается, есть у дикарей Дье-Лиа обряды, в которых он готов принимать участие каждый день.
— Это еще не весь обряд, — напряженно проговорила Линга.
— Ждешь волков? — спросил Тиир. — Далековато отсюда до Башни! К тому же еще ни разу убитый в окрестностях Селенгара волк не достигал и половины того размера, о котором доносили в своих жалобах крестьяне. Да и запах чудесного поросенка, что разнесся на многие ли вокруг, давно уже должен был привлечь всех волков в округе!
— Он и привлек, — отчего-то слишком спокойно произнес Леганд и потянул с плеча мешок.
— Смилуйтесь над нами, боги Дье-Лиа! — прошептал Тиир.
В глубине ущелья стояли два гигантских зверя. Они неуловимо напоминали Аенора, но превосходили его размером и отличались непроницаемо черной мастью. Звери словно ждали, когда их заметят, и не побежали, а скорее неторопливо пошли к алтарю, насторожив уши и внимательно наблюдая за будущими жертвами, но именно это неотвратимое приближение повергло всех в ужас.
— Что ты там говорил, Леганд, о своих схватках с белыми волками в Аддрадде? — Саш положил дрогнувшую руку на рукоять меча.
— Сейчас, сейчас, — торопливо копался в мешке Леганд. — Нужно только немного порошка толченой печени змееголова, и волки, забывая обо всем, начинают охотиться на своего же собрата.
— И на кого из этих зверей ты собираешься сыпать порошок? — дрогнувшим голосом спросил Саш.
Волки уже преодолели четверть расстояния до алтаря, и с каждым их шагом уверенности в победе над чудовищами становилось все меньше и меньше.
— Ук-Чуарк! — Леганд встряхнул оцепеневшего от ужаса шамана, подтолкнул его в глубину ущелья. — Иди, мой дорогой. Иди к выходу и не оглядывайся. А когда завернешь за угол, беги.
Шаман попятился, сделал один шаг, второй, третий, развернулся и неожиданно рванул со всех ног в сторону спасительной норы. И в то же мгновение перешли на легкий бег звери.
— Прости меня, Эл, за все глупости, что я совершил, — пробормотал Леганд, высыпая на себя порошок.
Едкий, дурманящий запах мгновенно залепил ноздри, перебил запах жареного поросенка, перебил все запахи.
— Нападайте, когда они будут пробегать мимо! — крикнул Леганд и попятился вслед за Ук-Чуарком. — Теперь их цель только я! Линга, брось лук, он не принесет особой пользы, но магию порошка может разрушить.
Вряд ли лук Линги мог помочь хоть чем-то. Разглядеть глаза чудовищ на черных мордах она не смогла бы и за дюжину шагов. Звери казались движущимися сгустками непроглядного мрака, вылепленными из ужаса порождениями тьмы. Охотница потянула из ножен деррский меч, но Саш схватил ее за руку, отдернул
