была лишь от собственного барона!
– Меня господин тоже не любит, – признался собутыльник с дрожью в голосе. – От него и бегу. А все изза какогото негодяя… и чего он свалился на мою голову? Ведь так хорошо жилось!
– Чего же свалился?
– Не знаю я! – В голосе незнакомца мелькнули гнев и раздражение. Он налил себе еще вина, посмотрел на Виктора мутноватым взором и спросил: – Вот ты, видно, хороший человек, душевный, скажи, как называются люди, которые пытаются разрушить существующий порядок?
– Смутьяны? – предположил Антипов.
– Если бы! Хуже! Бери хуже! И чего этому негодяю не живется, как всем? Он ведь наш, местный. Зачем ему все ломать, причинять людям неудобство? У нас же все хорошо!
Виктор мог бы поспорить с последней фразой, но его внимание внезапно переключилось. Дверь трактира распахнулась, и вошел очередной посетитель. Антипову он показался почемуто очень странным, хотя в его облике ничто особенно не выделялось. Длинные черные зачесанные назад волосы, крючковатый нос, внимательные темные глаза, тонкие губы, которые, кажется, вотвот изобразят то ли улыбку, то ли усмешку. Посетитель был одет в черный плащ с темнокрасной каймой по краям. Он прошествовал к ближайшему от двери столу и ни на кого не глядя сел, составив соседство Риксте.
Аренеперт не заметил вновь прибывшего и продолжал, постепенно горячась:
– У нас же тишь и гладь! Войн, считай, нет. Бароны иногда сцепятся друг с другом, но это все! Если графы решат повоевать, то король часто вмешивается. Да и жрецы не дремлют. Господин наш, Зентел, категорически запретил ненужные кровопролития. Он милосерден! Зачем же против него выступать? Я тебя вот спрашиваю: зачем?
– А что, твой враг против самого пошел? – Виктор с ужасом устремил палец в небо.
– Да! Ты просто не знаешь, что это за негодяй. Но меня послушай. Вот послушай! Он же тоже человек. Зачем ему идти против людей? У нас нет рабства, как на юге, крестьяне вольны переезжать куда им вздумается… ну арнепы шалят, но это ведь пустяк!
– Так этот негодяй и против людей идет? – на этот раз неподдельно удивился Антипов. Краем глаза он заметил, как странный черноволосый посетитель слегка морщится в такт каждой фразе предположительного Аренеперта. Если бы расстояние не было так велико, Виктор мог бы поклясться, что тот все слышит. Но это было невозможно для человеческих ушей.
– Идет! Против людей! – Теперь уже незнакомец вовсю размахивал руками. Его бородка встопорщилась, а ноздри раздулись. – Нам всем еще повезло, что он – шутник! А ты представь, если бы был воином! Что было бы? Оо! Да и с шутником хлопот не оберешься, если его быстро не поймать. Ведь людям только дай возможность вскарабкаться наверх, как они ухватятся за нее руками и зубами. Брат пойдет на брата, сын на отца, крестьянин на барона, а барон – на графа! Одни будут за этого негодяя, а другие – против. Кровь прольется! Ты понимаешь? Море крови! А все ради чего? Ради того, чтобы какойто пришлый мерзавец угождал другому мерзавцу! Тоже пришлому!
Никто другой, за исключением Виктора, не понял бы ничего в несвязной болтовне путника в коричневом плаще, но Антипов уже точно знал, о чем идет речь.
«Вот коечто и выяснилось, – мрачно подумал он. – Вопервых, это Аренеперт, вовторых, он считает, что я и Арес принесем вред людям, а втретьих, он, возможно, прав».
– Горе, горе людям! – продолжал вещать собутыльник, обхватив голову руками и раскачиваясь в такт словам.
Виктор хотел подыскать достойные аргументы в свою защиту, но не успел сосредоточиться. Неожиданно один из купцовнаемников, рыжеволосый бородач с могучим телосложением, вскочил и начал шарить руками по поясу, дико озираясь.
– Мой кошель пропал! – возопил он. – Только что был на месте, а теперь его нет!
– Успокойся, – начали его утешать приятели, – к нам же никто не подходил. Может быть, он просто упал. Сейчас поищем под столом.
Виктор заметил, как усмехнулся странный черноволосый посетитель. Если бы он не сидел неподвижно около дверей, вдали, то Антипов поспорил бы на что угодно, что тот либо причастен к исчезновению кошеля, либо знает, где его искать.
– Ты меня послушай. – Аренеперт, уже абсолютно пьяный, попытался ухватиться за куртку собеседника, но промахнулся. – У нас же ничего не происходит. Ты понимаешь? Ничего! Уже многие тысячи лет. Так и было задумано. Им! Самим Зентелом и теми, кто с ним. Люди не ропщут, а дворяне вообще счастливы. Смертей не очень много. Войн почти нет. Ну зачем, скажи мне, чтото менять? Кому это надо, кроме горстки мерзавцев?
– Но у нас же есть Престс, бог войны, – попытался возразить Виктор. – Разве ему не нужны сражения? Как он без них обходится?
– Он далеко на западе, – махнул рукой бывший
