тебя есть имя?
– Да.
– Какое?
– Виктор.
– Тоже странное имя. Это родовое?
– Нет, просто имя.
– А родовое какое?
– Антипов.
Вот тутто Виктор понастоящему удивился. Могущественный барон побледнел и стал похож на саван, чистый и белый. Он простер руку к визитеру, хотел чтото сказать, но слова застряли у него в горле. Вместо них раздалось какоето хриплое шипение. Маг же, услышав это, на секунду закрыл лицо морщинистыми руками и с тоской посмотрел кудато на потолок.
– Нуну, господин барон, не расстраивайтесь, – пробормотал он тоном, полным соболезнования. – Откуда мы могли знать? Нашей вины тут нет.
Алькерт перестал хрипеть, а тихо зарычал. Его бледность сменилась крупными красными пятнами, усеявшими лицо. Он опять схватился за рукояти мечей с таким видом, словно был готов немедленно извлечь их и покромсать всех присутствующих в капусту. Виктор, заметив это, напрягся.
– Я опозорен! – выдавил из себя барон, сжав зубы. Его голос был глухим и страшным. – Никто не подаст мне руки! Маг! Проклятый маг, вы знали об этом! Знали с самого начала, поэтому сказали, чтобы я задавал другие вопросы!
– Не то чтобы знал, но догадывался, – ответил унКатор успокоительным тоном. – Просто подумал, ну кого нормальный бог выберет себе в подручные? Не плебея же.
– И промолчали!
– Так ради дела же, ваша милость!
Очередное рычание было ответом.
– Бросьте, господин барон. Кто узнает? Мы никому не скажем, а мальчик и подавно. Ты ведь никому не скажешь, Ролт? Или правильнее вас называть господин анТипов?
Час спустя Виктор вновь оказался за воротами донжона около казарм. Заборы и постройки отбрасывали короткие тени, еще не успела осесть пыль, взметнувшаяся в воздух после проезда какойто телеги, везде царил душный запах жаркого дня. Воины и простые жители, стоящие или проходящие невдалеке, двигались лениво. Им не нравилась жара, наверняка хотелось войти внутрь зданий, чтобы насладиться хотя бы небольшой прохладой. А лучше, конечно, – в донжон. Там, особенно в подвалах, царил настоящий приятный холод, который чувствовался бы очень отчетливо после полуденного зноя.
Антипов знал, что этот жаркий день будет коротким. Когда солнце склонится к закату, придет ветер, почти морозный, и напомнит о том, что скоро осень заявится в гости во всем своем великолепии. Листья некоторых деревьев, уже начавшие желтеть, были лишним доказательством этому.
Виктор думал о том, что, по сути, дела обстоят не так уж и плохо. Господин барон, немного придя в себя после неожиданного удара судьбы, решил продолжить разговор, невзирая на отсутствие маренмара. Прежде всего он заявил, чтобы так называемый сын лесоруба никому не говорил о своем дворянском происхождении. Антипов не стал спорить. Конечно, он не скажет. К чему позорить полезного человека? А барон внезапно стал очень полезен. Он не только изъявил желание познакомиться с Аресом, но и вкратце набросал свои дальнейшие планы. Их было много, но Виктор сейчас размышлял лишь о том, что непосредственно его касается. Как выяснилось, Алькерт все это время страстно желал принять участие в турнире, проводимом в соседнем графстве. Об этом состязании барон впервые узнал от купцов, которых встретил на пути в Парреан. Ходили упорные слухи, что на турнире возможным призом станет рука графини. Алькерт отдавал себе отчет, что ни у него, ни у его родственников нет никаких шансов. Там будут лучшие бойцы, герои! Но зато, когда выяснились удивительные способности Виктора к обучению воинскому делу, у хозяина замка не выходила из головы шальная мысль доучить Ролта и отправить его на турнир. Конечно, при условии, что в случае победы опека над графством достанется Алькерту, но зато смышленый воин получит почет и графиню Ласану, по тем же слухам, писаную красавицу. Барон не особенно верил в удачный исход, к тому же его останавливал моральный аспект этой сделки, но зато сейчас, когда стало ясно дворянское происхождение претендента, можно было смело позволить ему выступить под гербом анОрреанта без ущерба для самооценки Алькерта. Кстати, на все вопросы относительно своих родителей, замка и того, как получилось, что он очутился в этом теле, Виктор, пользуясь отсутствием действия маренмара, отвечать отказался, опасаясь сболтнуть какуюнибудь нелепость. Но это уже мало волновало присутствующих. Барон узнал главное.
Вот именно об этом размышлял Виктор, медленно бредя по пыльной коричневожелтой дороге и лениво рассматривая и без того знакомые места. Деревянные здания, ограды, сделанные из длинных веток или бревен, пожухлая трава около разъезженной дороги – все это было недостойно внимания. Антипов направлялся к дому Кушаря, где оставил Риксту
