провалы в памяти и, возможно, ложные воспоминания, с третьей стороны… Тут воображение открывало самое широкие горизонты. Хуже всего было то, что платье терлось о грязные прутья клетки и пачкалось на глазах. У Виктора создалось впечатление, что таинственная Лябу весьма осторожно вошла в клетку перед самым приходом «спасателей», ибо иначе объяснить историю с платьем невозможно.
В конце концов Антипов решил следовать принципам логики и гуманизма. Он лично осмотрел трупы «похитителей», чтобы выявить скрытые ненормальности, ничего не обнаружил и скрепя сердце постановил считать Лябу обычной девушкой. Правда, страдающей конфабуляциями. (Это словечко Виктору сообщил прежний приятель, студентмедик. Оно означает воспоминания о событиях, которые никогда не происходили в действительности.)
Вообще же в новом мире легендарий был достаточно прост. Вампиры, оборотни и прочие земные изобретения не встречались, а все «ужастики» сводились к нертам. Нерт представлял собой некую сущность, которая вселялась в тело мертвого человека, а потом демонстрировала провалы в памяти и явную тупость чувств. Бурлящая эмоциями Лябу под определение нерта не подходила. А платье и другие непонятные вещи не могли быть объяснены ни с какой точки зрения.
Виктор после некоторых колебаний всетаки отворил замок клетки, выпустил пленницу и, не сводя с нее глаз, сопроводил на поверхность.
– Если госпожа пойдет туда, – сказал Антипов, показывая на далекие огоньки, – то выйдет аккурат к трактиру. Хотя у трактирщика нет мест, он не упустит возможности оказать услугу вашему отцу и получить за это приличный куш. Упомяните и о трупах в подземелье. Пусть трактирщик их похоронит, а доспехи возьмет себе. До свидания, уважаемая Лябу, счастливо оставаться.
Он сделал знак Нарпу, сжимающему два трофейных меча, и Пестеру, держащему факелы, чтобы они двигались к Риксте. Виктор решил избавиться от спасенной как можно быстрее, больше не заморачиваться с этой загадкой и сконцентрироваться на своих проблемах. Однако у девицы было на этот счет другое мнение.
– Уважаемый Ролт, вы ведь дворянин? – с придыханием спросила она.
– Дворянин, – с неохотой признался Виктор.
– Но если так, то разве способны отправить на ночь глядя неизвестно куда беззащитную девушку?
– Способен, – покаялся Антипов, сокрушенно качая головой. Он прикоснулся к груди отточенным жестом патриота. – Госпожа, у меня ведь тоже сердце кровью обливается. Так и свербит, так и свербит: стонет о том, куда же в ночи пойдет такая милая слабая девушка! Я всей душой переживаю за вас! Но моя голова говорит совсем другое. А именно – что я, идиот, полез неизвестно куда и спас неизвестно кого. Идите с миром, госпожа. А я потом принесу жертвы богам, чтобы они помогли вам. Ну, хотя бы помогли задним числом. Я мысленно с вами. Прощайте.
На глазах Лябу выступили слезы и покатились но щекам крупными каплями. Она смотрела так трогательно и беззащитно, что Виктор дрогнул.
– Вот, возьмите платок, – сказал он, протягивая большую и не совсем чистую тряпку. – Можете оставить себе. Вы, главное, идите прямо на огоньки и никуда не сворачивайте. Подыщите длинную палку. Там впереди будет канава, и чтобы в нее не упасть, все время шерудите этой палкой перед собой. Об арнепах
ничего не слышно, ночь, скорее всего, будет безопасной. Но если что, сразу залезайте на дерево. До свидания, госпожа!
Слезы Лябу высохли моментально. Она посмотрела на собеседника гордым и гневным взором, глубоко вздохнула, словно успокаиваясь, и воскликнула:
– Хорошо же, господин дворянин! Я заплачу вам за ваши услуги, если вы позволите мне остаться с вами до рассвета, а потом проводите в замок к отцу!
– Вы видите перед собой счастливца, которому не нужны деньги, – с печалью ответил Виктор: барон не поскупился на финансирование предприятия.
– Но вам нужно это! – Девушка подняла руки, запустила их за ворот платья и сняла с шеи тесьму, на которой тускло сияло серебристое кольцо.
– Что это? – поинтересовался мужчина.
– Фамильная драгоценность. Если кольцо надеть, то никакой, даже самый лучший, лучник не сможет сделать точного выстрела, целясь в вас. Можете считать это также платой за спасение.
«Ставки повышались, все шло слишком хорошо, – подумал Антипов. – Если кольцо действительно работает, то это же…»
Он не стал заканчивать фразы, все было понятно и так. Здесь существовали артефакты, которые действовали примерно как Длань мага, пребывая одновременно в двух мирах – духов и предметов. Только артефакты не обладали столь широкими возможностями, как Длань.
– До замка отца проводить не могу. – Виктор решил,
