сказать пару слов, оно того заслуживает. Итак, хромоногий незнакомец был сыном городского безземельного дворянина и служанки. Отец рано умер, передав байстрюка на попечение приятелю – учителю фехтования средней руки. Этот приятель был довольно жесток, но настойчив. Ему удалось вбить коекакие знания в «приблуду», прежде чем тот сбежал, прихватив сбережения учителя. Деньги быстро растаяли, подарив хромоногому шанс достичь самого дна. Шлюхи, их покровители, воры и попрошайки – вот каким стал круг его общения. Однако вскоре фехтовальное мастерство хромоножки приметил глава местной банды. Дела неразборчивого байстрюка сразу пошли в гору. Он овладел примечательным искусством убивать изза угла, но по оплошности попался стражникам и очутился в камере для смертников. И здесь хромоногому вновь повезло. Вместе с ним сидел человек графа анКотеа, пойманный за вынюхиванием секретов, за которые полагалось отрубать любопытный нос вместе с головой. Этот человек умирать не собирался – напротив, ему показалось забавным заманить на графскую службу столь хладнокровного убийцу, как хромоногий. Они оба сбежали аккурат перед запланированными пытками. Граф принял байстрюка, но поставил ему условие: тот должен убивать так, чтобы это не выглядело убийством, но и не отнимало столько времени на подготовку, как нераспознаваемый яд, подмешиваемый в еду. Хромоногий был озадачен. Он перебирал в памяти прошлую жизнь в надежде припомнить чтото, что сгодилось бы. И наконец счастье улыбнулось ему: байстрюк напал на след. Запасясь терпением и деньгами графа, хромоногий предпринял небольшую поездку, из которой вернулся другим человеком. Теперь байстрюк стал действительно ценным работником, даже уникальным. Ему было достаточно один раз спокойно посидеть в засаде – и дело сделано: жертва умирала, не пролив даже капли крови.
– Готовы? – спросил анСуа. – Начинайте, господа!
АнКрета поднял над головой копье почти двух с половиной метров длиной, расположив его параллельно земле. Виктор застыл в средней стойке – меч на уровне груди. Он ощутил, как легкий ветерок обдувает его лицо и даже живот. Чувство было ложным – никакой ветер не мог проникнуть за броню и поддоспешник. Воин почти не волновался, а старался не сводить глаз с длинного наконечника копья, напоминающего лист ивы. Таким можно не только колоть, но и рубить.
Филиа сделал шаг вперед и плавно, словно замедленно, попытался нанести удар в район шеи. Виктор не стал парировать, а отступил. Еще удар, на этот раз по ногам. Отведя мечом копье в сторону, Антипов опять отошел назад.
АнКрета ухмыльнулся, отчего края бороды подались наверх, и резко ускорил темп. Виктор больше отступал, чем парировал удары. Он целенаправленно двигался в сторону деревьев, надеясь, что барон этого не заметит. С длинным оружием там тяжело управляться, а вот короткий меч сразу же даст преимущество.
Копье скользнуло по левой голени – Виктор пропустил удар. Однако доспех оправдал себя: Антипов даже не споткнулся. Учитель Пекста потратил немало времени на то, чтобы его ученик не оказался подколотым какимнибудь специалистом по этому делу. Но анКрета был больше чем специалистом. Он владел оружием виртуозно и демонстрировал опаснейшую технику: наконечник изменял траекторию в последнее мгновение, и Виктор не мог предугадать точно, где он окажется.
Антипову наконец удалось слегка углубиться в лесок. Буквально на однодва дерева. Он решил рискнуть. Отклонил щитом один удар, мечом другой – и уже собрался было пойти на сближение, как в голове внезапно зашумело. Виктор едва не потерял сознание, но усилием воли сумел удержаться на ногах и даже попятился глубже в лес.
АнКрета тут же отступил, держа копье вертикально, и, широко улыбаясь, крикнул:
– Вылезайте, господин анОрреант! Дуэли не ведутся в чаще.
Виктор только сейчас сообразил, что это было. Он пропустил рубящий удар по голове, когда прекратил отступать. Шлем, к счастью, выдержал, а подшлемник самортизировал, но все равно удар был чувствительным. Ситуация выглядела безрадостной. Виктор уступал в мастерстве копьеносцу. Он сейчас только поблагодарил судьбу за то, что не выбрал тоже копье, а решил использовать привычное оружие. С копьем против такого бойца Антипов погиб бы в первые секунды.
Теперь, когда Виктор выбирался из леска, в его голову пришла совершенно посторонняя мысль. Он подумал о том, что смог бы, пожалуй, повторить эту технику. Допустим, тренируясь вместе с Ипикой. От всех остальных бойцов Антипова отличало то, что он впитывал боевые навыки как губка. Неизвестно, сколько времени потратил барон на то, чтобы освоить этот стиль, но у молодого воина благодаря дару Ареса все получилось бы значительно быстрее. Виктор
