лица – графини.
Ласана, однако, не заставила себя ждать. Она появилась вскоре, одетая в синее платье с серебристыми узорами по краям и игривым вырезом на груди. Ее, как обычно, сопровождала Вирета.
Графиня уселась во главе стола, словно сейчас был ужин. Серебряное шитье переливалось, привлекая внимание, но глаза всех присутствующих были устремлены лишь на лицо Ласаны.
– Добрый вечер, господа, – звонким голоском сказала девушка. – Если все собрались, то с жеребьевкой затягивать не будем. Те, кто не передумал принимать участие в турнире, подходите к писарю и записывайтесь. Правила вы знаете. Если ктото по какойто причине останется без пары, то с ним решим позднее. Опоздавших к началу турнира записывать не будем, но если их будет много, то для них проведем жеребьевку отдельно. Однако если в замок прибудут выдающиеся бойцы с прочной репутацией, то им позволим встретиться с победителями в каждом из состязаний и без жеребьевки. Надеюсь, никто не возражает?
Всем было ясно, кого имеет в виду графиня. Возражений не было. Если появится Менел, то будет неприлично выставлять против него неопытных бойцов. Пусть сразу пробует силы на чемпионах.
Поток желающих потянулся к Улеа. Дворяне подходили, произносили свои имена, человечек тут же записывал их и бережно опускал кусочки пергамента в горшок. Каждый раз он погружал глубоко свою руку, чтобы положить их прямо на дно. Виктор тоже добрался до стола, назвал себя, был записан, и кусочек пергамента с его именем отправился в горшок.
Писарь управился быстро. Когда записался последний, Вирета подошла к столику Улеа, забрала горшок и отнесла его графине. Горшок был глиняный и не очень легкий. Ласана приняла его, демонстративно встряхнула, поставила перед собой и опустила внутрь руку, чтобы вытащить первые имена, лежащие сверху.
Все затаили дыхание, а Виктор особенно. Именно сейчас решалась его судьба. Если ему достанется ктото из сильных противников, то пиши пропало. Вся деятельность окажется напрасной тратой сил. Антипов, конечно, подготовился к жеребьевке, но все равно существовала возможность, что чтото пойдет не так. Он сцепил пальцы и замер. Больше ничто не выдавало его волнения.
– АнТуреа и анНерепт, – прочитала графиня.
Писарь тут же записал пару на большом листе. Сердце Виктора застучало. Он не думал, что окажется в числе первых, но надеялся, что будет так. Для него было главным попасть в первые четыре пары. Тогда выход в «финал» почти обеспечен.
– АнМарек и анФадорстарший.
Прошел брат Ипики, боец не из великих. Антипов еще сильнее сжал пальцы.
– АнПриа и… анОрреант!
Виктор медленно выдохнул. Он только сейчас заметил, что почти не дышал с тех пор, как прозвучала первая пара. Теперь нужно было дождаться, когда же появятся имена сильных воинов.
Но, к счастью, обошлось без неожиданностей. Имена чемпионов, включая анСуа и анКотеа, по загадочной причине прозвучали в самом конце. Когда графиня вытащила последние кусочки пергамента, сначала даже не все поняли, что произошло, а потом слабый ропот пронесся по залу. Если победитель в одной паре бьется с победителем соседней пары, то получалось, что самые сильные бойцы схватятся друг с другом. Невероятное стечение обстоятельств!
Ласана тоже была удивлена. Она ожидала более равномерного распределения противников. Виктор смотрел на ее озабоченное лицо и даже сочувствовал графине. Он ведь наблюдал внимательно и видел, с каким трудом Ласана доставала последние имена. Тогда очаровательные брови хмурились, а губы поджимались с досадой. Создавалось впечатление, что горшок не совсем чист и часть кусочков пергамента просто прилипла ко дну…
Антипов подумал, что какойнибудь кухарке наверняка достанется за небрежность. И решил потом материально компенсировать бедной женщине моральные и физические страдания. Виктор заботился даже о своих невольных союзниках. Кухарка ведь ни при чем, хотя горшок был действительно не совсем чист. А именно – покрыт легким налетом из муки и еще коекаких ингредиентов в тех местах, где ко дну прикасался пергамент с именами чемпионов. Антипов так хорошо знал состав этой «грязи» потому, что ее своими руками сделал Рикста. Отличный клей получился, не очень стойкий, но и не слабый! Если совсем немного нанести на кусочек пергамента и прижать пергамент ко дну горшка, то этот кусочек там и останется. И встряхивание переживет. Спасибо ловким пальцам Улеа, который приклеил ко дну горшка пергамент с именами всех сильных бойцов. «Ничтожный человечек, от которого ничто не зависит» женится на своей избраннице, и совесть его останется чиста. После разговора с местным оратором Ролтом писарь был уверен, что его труд, пусть и оплачиваемый, служит идеалам
