оружие, смазанное в одном месте маслом. Виктор вернул и это копье, пригрозив выдавальщику – плешивому помощнику распорядителя – неприятностями. На это Антипову ответили, что он может жаловаться кому хочет. Виктор впал в гнев. Не опускаясь до жалоб, он схватил сухое копье и вздул им выдавальщика на глазах изумленной публики.
Зрители поначалу растерялись от такой прыти, и наш герой успел сломать копье о спину своей жертвы, прежде чем был остановлен. Было произведено краткое расследование, Виктора признали пострадавшей стороной, но выдавальщика не стали наказывать по причине временной нетрудоспособности. Он отбыл под мрачным взглядом Женара. Антипов подумал, что графский сынок вложил немалую сумму в этого помощника.
Первый бой с тщедушным анПриа Виктор выиграл без особых проблем. Однако во втором раунде столкнулся с неким бароном анРуленом. Тот неожиданно потребовал боевое заостренное оружие. Надо сказать, что участникам предоставлялся выбор в использовании турнирного или боевого оружия. Последнее – только по обоюдному желанию. На боевое оружие мало кто шел: ведь ранение означало досрочный вылет. Но если один воин это оружие требовал, то второй участник не отказывался, опасаясь урона для чести.
Виктор немного подумал и сообщил, что он тоже согласен на боевое копье. Если бы ему пришлось сражаться ради денег, то анРулен был бы послан подальше по всем правилам этикета. Но сейчас на кону было больше, чем деньги. Репутация!
Барон с самого начала схватки удивил Антипова. Он, казалось, норовил нанести не решающий для выигрыша удар (хотя бы даже в доспех), а целил по рукам. Судя по всему, его устроило бы даже небольшое ранение кисти противника. Виктор помнил, что на турнире он – не единственный жулик, и удвоил осторожность. АнРулена можно ведь было подкупить или шантажировать чемто, как это произошло с анКретой. Может быть, на лезвии копья яд и барон специально выбрал боевое оружие, чтобы прикончить противника?
Осторожность одного из участников резко замедлила ход поединка. Оба воина маневрировали, пытаясь достичь своих целей: анРулен – поразить руку, а Антипов – нанести одинединственный решающий удар. Виктор превосходил противника по классу и вскоре уловил удобный момент. Барон открылся – можно было бить либо в лицо, нанося ранение, либо в грудь, защищенную доспехом. Судьи признали бы оба удара выигрышными. Антипов за долю мгновения принял решение проявить милосердие. Он поразил доспех, но от души, сильным, основательным ударом.
АнРулен покачнулся, еле удерживаясь на ногах. Его маленькие глазки распахнулись, а большой рот открылся в попытке поймать хоть немного воздуха.
– Стоп! – закричал судья, пожилой воин, одетый в яркожелтую накидку. – Бой окончен!
За удары по конечностям начислялись лишь очки (два за руки и три за ноги, бой велся до шести очков), но за безусловное поражение головы или туловища сразу же назначалась победа.
Виктор отступил, но анРулен внезапно бросился вперед, превозмогая боль. Его копье коснулось руки Ангинова, оставляя красный след. Виктор был без перчаток, не желая ограничивать ловкость в перехватах.
– Назад! – заорал судья. Все судьи во время состязаний общались исключительно криками и в своих накидках были похожи на больших нелетающих ос.
Барон сделал шаг назад, тогда как Виктор уже опять был готов к бою.
– От имени ее сиятельства выношу вам предупреждение! – Низенький судья был суров и сердит – такого не купишь. – Еще одно – и вы покидаете турнир, господин барон!
Антипов посмотрел на узкий, но длинный порез на своей руке и нахмурился. Еще не хватало умереть тут от яда. Он швырнул свое копье на землю и в один прыжок настиг анРулена, хватаясь за древко его оружия.
– Покажите копье, – прошипел Виктор. – Я хочу осмотреть ваше копье!
– В чем дело?! – Судья засеменил к противникам.
– Мне нужно взглянуть на копье, которое меня поранило. Мне кажется, что наконечник… грязен, – ответил Антипов.
– Справедливо, – согласился коротышка в желтой накидке, кивая головой, украшенной длинными каштановыми волосами. – Господин барон, покажите своему противнику копье. Если наконечник грязен, то может потребоваться помощь лекаря.
Круглое румяное лицо анРулена побледнело – то ли оттого, что грязный наконечник – нарушение правил и влечет за собой второе предупреждение, то ли по какойто иной причине.
– Пожалуйста, – процедил барон. – Мой наконечник чист.
Виктор, получив в руки чужое копье, осмотрел режущую кромку широкого лезвия так, как не осматривал ничего до этого. На блестящей поверхности засыхала пара капель крови, но… больше не было ничего. Лезвие казалось чистым, разве что на него нанесли некий
