у ворот, адресованный вознице.
Несмотря на расслабленное состояние, Виктор тут же вскочил и съехал по сену вниз, как только телега въехала на территорию замка.
– А, вернулся, – приветствовал его стражниккрепыш Нарпен, дежуривший у ворот. – Молодец, что не потерялся. Кости целыми сохранил.
Бывший студент не обратил внимания на недружелюбный тон солдата. Он повернулся к другому охраннику, долговязому Панте, который относился к Ролту совершенно нейтрально.
– Господин Панта, – сказал Виктор, – там, в лесу, люди.
– Да ты что? – с издевкой перебил его Нарпен. – В лесу? Люди? Купцы, что ли, с дороги сбились?
– Нет, не купцы. Вооруженные люди. Столько, сколько пальцев на руках и ногах.
– Двадцать, что ли? – уточнил Панта, мгновенно встревожившись. – А где ты их видел?
– Они шли на север. А тропинкато уже была вытоптана, – начал сочинять Виктор. – Как раз к тракту шли.
– К тракту? А ну постойка тут. Я десятника позову.
Антипов остался в обществе недружелюбного Нарпена, но это не волновало его. Он ждал. Всякое ожидание хорошо тем, что оставляет для предположений самые широкие возможности. Когда ждешь, иногда кажется, что многое изменится: ближайшие планы, внутренние ощущения или даже сама жизнь. И часто не столь важно, кого вотвот встретишь, – человек ждет не приятеля, начальника или любовницу, а лишь будущего себя, обновленного и улучшенного.
Десятник Нурия оказался именно таким, каким его помнил Ролт. Жилистый мужчина среднего роста с постоянным прищуром глаз, которые, казалось, выискивали тайного или явного врага и были готовы указать на него натруженным рукам. Десятники барона не отличались образованностью, но в плане боевых качеств им трудно подыскать равных.
– С кем ты там столкнулся, Ролт? – Голос Нурии очень напоминал карканье ворона. – Что это за сказки мне Панта рассказывает?
– Ни с кем не столкнулся, господин десятник. – Виктор решил говорить как можно путаней, чтобы его не расспрашивали насчет деталей. – Если бы они меня заметили, разве отпустили бы? Просто я их видел, а они меня – нет.
– Кто это «они»?
– Люди, господин десятник. Все при оружии. Шли так же тихо, как вы постовых обходите, чтобы их не разбудить раньше времени.
Нурия слегка нахмурился. Несколько раз он действительно заставал спящих на посту. За этим следовала публичная экзекуция.
– Ролт, ты по делу говори. Сколько их?
– Панта сказал, что двадцать.
– А он откуда знает?
– Пальцы посчитал.
– Чьи?
– Мои, господин десятник. И это удивительно. На рукахто пальцы еще можно у меня посчитать. А как же на ногах? Их не видно ведь. Панта – голова.
Нурия обернулся и с изумлением посмотрел на подчиненного. Стражник пожал плечами и покрутил пальцем у виска.
Нурия озабоченно поцокал языком:
– Ролт, с тобой все в порядке? Ты недавно головой ударился. Она… гм… прошла?
Антипов изо всех сил надеялся, что его речь, довольно дурацкая, собьет слушателей с толку и никто убогого не будет дальше особенно расспрашивать. Детали губили и не таких говорунов.
– Голова после удара деревом уже не болит, – обрадовался было Виктор тому, что план принес свои первые плоды.
– А про тракт ты что нес? Тебе почудилось? Показалось? Если так, лучше признайся. Я прощу. Ты больной всетаки.
– Нет, господин десятник! Не почудилось!
– Так может быть засада на тракте или нет?
– Да, господин десятник!
Озабоченность на лице Нурии усилилась.
– Вот что, – сказал он, обращаясь к стражникам, – я сейчас возьму еще пару человек, и мы с Ролтом съездим в лес. Пусть следы покажет. А то сообщу сотнику, а окажется, что парень наврал. А вы – никого не выпускать, пока не вернусь. Никого! Понятно?
– Как никого, десятник? – удивился Панта. – А господина барона?
– Его тоже не выпускать. Объяснить и не выпускать. На днях хозяйская дочка в город собиралась. Через тракт, конечно.
Стражники переглянулись, а Нарпен даже присвистнул. Ситуация приобретала весьма серьезный характер. Если ктото хотел нанести удар по господину барону, то похищение его единственной дочери – самый верный шаг.
– Ты верхом ездить умеешь? – поинтересовался десятник у Виктора.
– Ну… так себе. Если не быстро, то да… – Ролт катался на лошадях несколько раз. Не ездил, а именно катался. Без седла и стремян.
– Не боись, парень, я тебе смирную кобылку дам. – Десятник от души хлопнул Антипова по плечу, отчего тот слегка присел. – Нука пойдем к конюшням. А по пути рассказывай, парень, рассказывай!
– Что рассказывать, господин десятник? – поинтересовался Виктор, подозревая самое худшее.
– Опиши этих воинов. В чем одеты, какое вооружение,
