со мной, – беловолосый кивнул напарнику с красным шнурком. – Остальные ждите тут.
Оба мага спешились и начали спускаться, бормоча себе под нос чтото о том, за каким таким делом нужно было лезть в пещеры. К простолюдину подлетела пчела, и он, держа одной рукой за ногу лошади, уходящую кудато вниз, умудрялся другой рукой отмахиваться от насекомого. Маги почти приблизились к нему, как вдруг один из них, с красным шнурком, резко остановился.
– У него ресстр! – сказал он. – У этого крестьянина ресстр! Покрывает все!
Ресстр, защита от магической Длани, не был столь необычным и не стоил дорого, однако простолюдины, как правило, его не носили. Дворяне, воины – да. А простолюдинам он зачем? Если маг захочет, то прибьет смерда что с ресстром, что без ресстра. Конец будет одним.
Похоже, Арес ждал только слов о ресстре. Он вылетел из засады (густых кустов, растущих рядом со спуском) и обрушился на двух всадников. Виктор в точности не рассмотрел, что там происходило. То ли Арес сначала поразил ударами копья лошадей, то ли просто толкнул их, – Антипова интересовало другое, а именно – собственная жизнь.
Двое спешившихся магов оглянулись, и увиденное не позволило им принять правильного решения и прийти на помощь товарищам.
– Вперед! – закричал беловолосый, показывая, собственно, вперед, вдоль оврага. Но проблема с этим направлением была в том, что на пути магов сидел Виктор.
Он вскочил. В одной руке заблестел меч, а в другой – кинжал. Антипов предпочел бы щит, но щит был слишком громоздок, чтобы в экстренной ситуации его быстро извлечь из тайника и столь же быстро надеть.
Эти маги отличались от прежних. Они сжимали по мечу не только в руках, но и в Дланях. Виктор с кинжалом и мечом оказался против шести мечей, два из которых могут атаковать сверху и даже сзади, если слишком приблизиться к противнику. Очень скверная ситуация!
Антипов с трудом отбил первый удар, попятился, едва не споткнулся о злополучную лошадиную ногу, торчащую из ямы, отбил второй удар и отчетливо понял, что ему конец. Шесть мелькающих мечей – всетаки чересчур. Возможно, Менел смог бы продержаться, но Виктор – пока еще не Менел.
Арес явно мешкал: двое магов сумели задержать его. Антипов же какимто чудом отбивал удары и отступал, отбивал и отступал, каждый миг ожидая, что следующий удар окажется последним.
«Я умру здесь, в овраге, – с горечью подумал он. – А что? Не самое плохое место. В меру живописное, во время дождей наполняется водой, можно представить, что у меня будет посмертный бассейн. Даже у мертвых фараонов не было бассейнов, а у меня будет. Может быть, мне поставят тут памятник, и жители ближайших деревень, рано или поздно забыв, кто я такой, будут приходить сюда по весне, чтобы просить помощи у духа таинственного силача, который легко удерживал лошадь за заднюю ногу. Вот он, венец карьеры: хотел быть магом, а стал поднимателем лошадей. Спасибо Кеалю».
Впрочем, несмотря на безнадежность ситуации, Виктор всетаки успел выпустить софота. Наш герой особенно не надеялся на кота – скорее это был жест отчаяния. Однако кот не подвел. Он появился таким же: размером как рысь, ловкий, лишенный той угловатости, которая была при первом знакомстве с ним. Появился и… сразу же прыгнул на беловолосого. Прямо на меч.
«Хоть на секунду задержит – и то хлеб», – мелькнула разочаровывающая мысль.
Но он оказался неправ. Меч вошел в кота, хотя разрубить напополам не смог. Словно чтото звякнуло. Софот упал на землю, отброшенный ударом, и вновь храбро ринулся в бой. И опять меч вошел в его тело. Звук раздался такой, будто под шкурой припрятана наковальня. Беловолосый с трудом удержал задрожавший меч.
«Как он только не поломался? – успел восхититься Виктор, отбиваясь теперь от одного мага. – Вот это качество!»
Трудно сказать, был ли счастлив Антипов оттого, что на него наседал лишь один противник. Нашего героя успели изрядно потеснить и практически прижать к стене обрыва. Места для маневра не наблюдалось, доспехов не было тоже, зато три меча маячили в опасной близости. Беловолосый сейчас был занят неутомимым софотом, а Виктора попрежнему отделяла от смерти лишь полоса везения.
Однако, как все полосы везения, она начала истощаться. Удар меча задел ногу Виктора, потом другой удар – предплечье, и наш герой осознал, что третий окажется решающим. Это же понял и противник. Маг даже не стал полагаться на Длань, а в крике, придающем силы, замахнулся – и… Впрочем, кричать не следовало. Скажем в скобках, что кричать вообще неприлично, но в тот момент это было не только неприлично, но и опрометчиво: ведь в кустах пряталось еще одно действующее лицо с рыжей бородой, которое сначала сидело с неподвижностью рояля, но потом решило наконец себя
