и приземистую фигуру. Любого другого на месте Антипова сковал бы непреодолимый ужас, но Виктор уже многое повидал, и последние события закалили его характер. Воин потащил меч из ножен. Это было быстрое отточенное движение, но всетаки оно запоздало. В руке крестьянина сначала сверкнул белый кинжал, а потом взмыл в воздух, устремляясь к графине.
Антипов успел слегка оттолкнуть Ласану, но это уже не помогло. Кинжал задел плечо девушки, ударился о стену и упал на пол. Графиня тихо вскрикнула. Крестьянин сделал опрометчивый шаг вперед, и меч взволнованного Виктора вошел в его грудь.
– Ваше сиятельство, что с вами? – Антипов сразу же обернулся к девушке, которая оперлась рукой на стену. Ее лицо было бледно. – Что с вами? Да это же просто царапина, слава богам!
Но прекрасное лицо Ласаны продолжало бледнеть. Виктор уронил меч, пытаясь поддержать сползающую вниз графиню. Его взгляд сначала упал на лежащего на полу «крестьянина» с раной, из которой толчками вырывалась кровь, а потом – на кинжал. Белое лезвие и серебристая витая рукоять резанули глаз. Это был ритуальный кинжал балансеров, оружие, поражающее дух.
Коридор моментально наполнился людьми. Слуги помогли перенести Ласану на кровать, в ее временную комнату. Девушка очень ослабла, иногда даже теряла сознание, но вскоре приходила в себя. Вирета хлопотала над ней.
Виктор же повел себя необычно. Он приказал привести лекаря и магов, отправил слугу за Рикстой, велев тому немедленно позвать Кеаля.
Слуга, щуплый деревенский паренек, сначала даже не понял, чего от него требуют. Виктор повторил приказ, держа его за шиворот, словно кутенка, и говорилговорил, вдалбливая в черную бестолковую голову слова:
– Пойдешь к Риксте. Скажешь ему, чтобы сейчас же сообщил Кеалю, что лиса уже опять сделала свой ход! Я не знаю, чего она теперь хочет, но это нужно прекратить! Я ее убью, если с графиней чтонибудь случится!
Резко отпустив паренька, так, что тот чуть не упал, Виктор бросил последний очумелый от переживаний взгляд на графиню и помчался прочь. Встречные мужчины с изумлением расступались. Бегущий Ролт представлял собой запоминающееся зрелище: со всклокоченными волосами, пустыми болтающимися ножнами, он мчался и повторял одно и то же то громче, то тише: «Вот же мерзавец! Ожил, ожил! Проклятый погорелец! А все изза меня! Не доплавился, негодяй!»
Виктор выскочил из донжона, быстро достиг крепостной стены и выбежал за пределы замка. Стража провожала его недоуменными взглядами. Антипов несся по пыльной дороге, зачемто выпустив софота. Кот с грацией черной рыси запрыгал по траве, внося еще больший переполох в ряды тех, кто наблюдал за безумным бегством анОрреанта.
Отбежав метров на сто от замка, Виктор резко остановился, опершись руками на колени, и пару секунд отдыхал. Потом, пробормотав: «Уже хватит, точно хватит!» – бросился обратно к воротам. Антипов уже совсем было собрался ворваться в замок вместе с софотом, но в последнее мгновение передумал, и «черная рысь» пропала, лишь усилив переполох.
Вскоре Виктор вновь влетел в покои графини. Ласана лежала на постели, в ее лице не было ни кровинки. На этой же кровати сидела Вирета и едва сдерживала слезы. Лекарь, старичок в темнокрасной куртке, стоял в углу. Рядом выпростал Длань унОбер в своем прежнем дорогом сером плаще. Небольшая бородка мага встопорщилась, а ноздри раздувались словно от усилия.
– Как графиня? – быстро спросил Виктор, не обращаясь ни к кому конкретно. – Лучше?
– С чего бы ей быть лучше, господин анОрреант? – буркнул маг, смотря кудато в потолок. – Это – оружие балансеров!
– Нет, – Вирета мотнула головой, и слезинка, оторвавшись от щеки, упала на подушку. – Не лучше. Знаете, тела убийцы не могут найти. И кинжала тоже. Как только вы кудато выбежали, все исчезло!
– Все да не все, – ответил Виктор, подходя к кровати и пристально рассматривая графиню. – Не помогло! Не помогло!
– Что не помогло, господин анОрреант? – Маг смотрел на Антипова так же внимательно, как тот на Ласану. – Ваше бегство?
– Она умрет? – спросил Виктор вместо ответа. – Умрет ведь?
– Это оружие балансеров, – произнес маг, убирая Длань, вьющуюся над графиней. – От него нет спасения. Кинжал просто действует медленнее, чем духовая трубка.
Графиня громко вздохнула. Антипов подумал, что вот она – несправедливость. Просто лишнее доказательство, что случайность правит миром, а не разум. Ласана молода, красива, богата и влюблена. Зачем ей умирать? Уж если кто и должен жить, так только она. Сколько у нее счастья впереди! Сколько счастья она могла бы доставить сама! О, такие женщины щедро приносят счастье, завернутое в платья разных цветов, украшенное кольцами, ожерельями
