Афанасьевич!
– Не торопись только. Спешить некуда, – осадил его профессор. – Сейчас мы тебя обвяжем веревкой как следует. Под мышками. А ты пока надевай противогаз и каску.
– Зачем противогаз, Антон Афанасьевич?
– Тихо! Не спорь. Никто не знает, что там. Столько лет помещение было полностью закрыто. Если ты заметил, я даже голову внутрь не просовывал, когда смотрел. Безопасность – прежде всего!
– Да, Антон Афанасьевич.
Вздохнув, Виктор начал натягивать на себя противогаз. То ли размер был неподходящий, то ли так и было задумано, но он налезал с трудом. Профессор придирчиво проверил результат, потом помог своему ученику надеть каску и закрепить ремешок под подбородком.
– Слушай внимательно, Антипов. Мы тебя просто опустим вниз, ты осмотришься – и сразу же выдернем обратно как рыбку. Понял?
– Да, Антон Афанасьевич. – Слова изза надетого противогаза превратились в какоето мычание.
– Ты там ничего не будешь трогать. Вообще ничего. Только смотреть. Ясно?
– Ясно, – пробурчал студент.
– Фонарь держи двумя руками во избежание соблазна.
– Может быть, ему сразу камеру дать, чтобы снимал? – спросил один из ученых.
– Потом снимем. Пусть осмотрится сначала. Готов?
– Да, Антон Афанасьевич.
– Начали!
Виктор осторожно присел на край отверстия, свесив ноги вниз. Веревку держали четверо самых крепких мужчин, выбранных из числа собравшихся. Приподняв студента, его начали осторожно опускать вниз. Он сжимал в руках фонарь и тщательно всматривался в глубь лаза, несмотря на то что противогаз явно мешал.
– Достаточно глубоко? – Голос профессора доносился с поверхности. – Видно чтонибудь?
– Да, – промычал Виктор как можно громче.
Он совершенно не боялся висеть вот так в темноте. Напротив, жгучее любопытство охватило его. Когда еще удастся выступить в роли первопроходца? Тем более что речь шла о настоящем древнегреческом памятнике. С самого детства Виктор мечтал о чемто подобном. Конечно, его приключения должны были происходить не в России, а в опасных джунглях Африки или в загадочных горах Южной Америки, но для начала вполне годился и родной край. Именно тягой к приключениям можно было объяснить выбор им профессии. Он бы с удовольствием стал даже не географом, а археологом, но, увы, в ближайшем университете не имелось такой специальности. А для того чтобы учиться в другом месте, у Антипова не было денег.
– Так что ты видишь?
– Амфоры, – ответил Виктор.
– Что?
– Амфоры!
– Ничего не слышу! Ты осмотрелся?
– Да!
– А… Тащите его обратно!
Четверым здоровым мужикам не составило никакого труда выдернуть худощавого студента из лаза, словно рыбку из проруби, и даже протащить некоторое расстояние по земле. Виктор встал сначала на четвереньки, а потом выпрямился в полный рост. На него были устремлены любопытные взгляды. Серега просто изнывал от нетерпения, но не решился расспрашивать приятеля раньше профессора. А Антон Афанасьевич не торопился. Он помог студенту снять каску и противогаз. Аккуратно сложил последний и только после этого степенно поинтересовался:
– Ну и что там?
– Амфоры, Антон Афанасьевич. Везде амфоры! Разного размера! Некоторые стоят у стен, некоторые просто валяются на полу…
– Подожди, Антипов. Ты сначала стены и свод опиши. Они прочные?
Виктор энергично помотал головой:
– Нет. Совсем непрочные. По своду вообще идет несколько больших трещин. Да и слышал я чтото… Неприятные звуки. Словно вотвот потолок рухнет.
– Ясно, – вздохнул профессор. – Нужно будет заснять там все как можно быстрее. Похоже, растревожили мы помещение. Все поняли? Туда ни ногой!
Он обвел суровым взглядом присутствующих. Никто не стал с ним спорить.
– А с амфорами что? Только они, и все?
– Да, Антон Афанасьевич. Они. Только там еще табличка есть с надписью. Над амфорой, стоящей отдельно. Я не разобрал все. Но коечто прочитал.
– Подревнегречески?
– Да.
– Вот поэтому я тебя, Сергей, туда не послал, – поучительно заметил профессор. – От тебя пользы никакой. А Антипов языки знает. На факультативы ходит.
Виктор скромно стоял, глядя в сторону. Он знал древнегреческий. Даже чуть лучше, чем требовала программа. Языки ему давались особенно хорошо.
– И что там написано? – спросил профессор, отрывая обличающий взгляд от тунеядца Сереги. – Много слов разобрал?
– Не очень, Антон Афанасьевич. Лишь пару строк. «Смелый оплот городов, щитоносный, медянооружный, сильный рукой и копьем…» Дальше неясно. В пыли все.
– Гомер, – сразу же сказал один из седовласых ученых.
– Восьмой гимн, – подтвердил второй. – К Аресу.
