Взрослый мужчина-программист попадает из нашего мира в мир магии, в тело 13-летней девочки. Разумеется, девочка обладает незаурядным магическим талантом и легко поступает в академию магии, получив отличные оценки на вступительных экзаменах. Герой некоторое время определяется с тем, какого он сейчас пола и привыкает к новому миру. После чего начинает усиленно обалдевать магическими знаниями. Сделав ряд важных научных открытий и, обзаведясь полезными знакомствами, герой добивается признания в среде магов.
Авторы: Сергей Владимирович Арсеньев
размером с яичный желток, Пазузу не выдержал. С яростным воплем он Уходит обратно в свой мир. А я, прежде чем упасть на землю без чувств, ещё успеваю услышать радостный вопль десятков освобождённых от вечного рабства душ разумных…
Глава 36.
Просыпаюсь я от чувства голода. Кушать хочу. Но шевелиться, при этом, не хочу совершенно. Теперь я понимаю, что чувствовал Ригорн, лёжа под Дубом Сашки после применения Пламени Забабы. Полный упадок сил. А ведь это я не сам применял заклинание. Я всего лишь пропускал через себя Лучи Лесов. Правда, и наш Триумф Леса, пожалуй, будет помощнее, чем Пламя Забабы. Архидемона Пламенем серьёзно повредить бы не удалось.
Открываю глаза. Я в небольшой комнате с деревянными стенами. За окном серый день. Идёт дождь, капли стекают по стеклу. Лежу на неширокой кровати, укрытый тонким шерстяным одеялом. Преодолевая слабость, с трудом поворачиваю голову и вижу аккуратно сложенную на стуле рядом с кроватью собственную одежду. На другом стуле сидит невысокая эльфийская девушка лет двадцати.
Увидев, что я пришёл в себя, девушка немедленно вскочила со стула, бухнулась на колени, и неподвижно застыла, глядя в пол. И как это понимать? Первый, доклад! Где я?
Оказывается, я нахожусь в жилище Аграфена, недалеко от заветной поляны. Я был без сознания весь прошлый день и всю ночь. Сейчас уже позднее утро следующего дня. Идёт дождь (спасибо, Первый, это я и сам заметил). Всё нормально, чиним небольшие повреждения, нанесённые Пазузу Лесу. На горизонте виден наш возвращающийся с войны отряд.
Вылез из Слияния. Стало ещё хуже. Пить хочу. Собравшись с силами, хрипло прошу девушку дать мне напиться. Ни слова не говоря та, всё так же на коленях, подползает к столу, берёт с него небольшой чайник, и очень аккуратно даёт мне из него напиться. Что-то кисло-сладкое. Ладно, не молоко — ну и хорошо.
Кое-как, опираясь на подушки, принимаю сидячее положение. Вижу, что девушка хочет помочь мне сесть, но почему-то не делает этого. По-моему, она меня боится.
— Ты кто такая? — спрашиваю я её.
— Я Аллениэль, дочь главы Первого Дома Ареллиниона, о, Великая Мать, — всё так же глядя в пол отвечает девушка.
— А чего по полу на коленях ползаешь?
— Не смею стоять в присутствии Великой Матери, о, повелительница.
Ой! По-моему, я вчера слишком сильно запугал эльфов. Кто же знал, что они такие нервные?
— Повелеваю, встань на ноги, — говорю я ей. — Как, ты сказала, тебя зовут?
— Аллениэль, о Великая Мать, — всё так же глядя в пол девушка встаёт с колен.
— Сложно, я так забуду, — мне очень понравился метод Аркаши сокращать трудные имена. — Будешь Алёна. Не возражаешь?
— Повинуюсь, о, Великая Мать.
— Да пошутила я вчера с этой великой матерью. Забей. Я — Леона. Просто Леона.
— Молю простить мою дерзость, о, могущественная, но Вы — Великая Мать. Все эльфы признают это. Лишь Великая Мать Лесов может собрать и удерживать силы всех Лесов сразу. Никто, кроме Великой Матери, не может применить Триумф Леса!
Ах, вот в чём дело! Действительно, иногда выдумка становится реальностью. Я ведь вчера Аграфену просто так про великую мать ляпнул. Для солидности. А оно вон как всё обернулось.
— А зачем меня раздели?
— Простите нас, о, могущественная, но вчера Вы упали на мокрую от дождя почву и сильно испачкались. И ещё у Вас шла кровь носом и одеяния Ваши были в крови. Мой отец поручил дочерям знатнейших эльфов позаботиться о Вас. Мы раздели Вас, омыли Ваше тело в чистейшей воде, и принесли сюда, в жилище моего отца. Одежда же Ваша была тщательно очищена от грязи и крови. Простите нашу дерзость.
— Ладно, проехали. Омыли — так омыли. Слышь, Алён, ты бы чего пожрать мне организовала, а?
— Я тотчас отдам распоряжение, о, Великая Мать. Желаете ли Вы вкушать пищу, возлежа на ложе, или перейдёте за стол.
— На ложе. Лениво вставать.
— Повинуюсь, о, могущественная. Будет ли позволено мне удалиться?
— Удаляйся. И побыстрее там. А то кушать хочется.
Алёна, пятясь, вышла из двери спиной вперёд. По-моему, её переклинило с этой великой матерью. Или она такая и была раньше? Может, она просто дурочка и всегда себя так вела?
Пока мне ходят за едой, лезу проверить почту. Ого, сразу три письма! Понятно. В последних двух ректор беспокоится. Не понимает, что происходит у меня. Просит срочно ответить хоть что-нибудь. А тут что? Угу, Леса уходят, Академия восстанавливает разрушенное ими.
Коротенько ввожу ректора в курс дела. В общем, Пазузу успешно побеждён, эльфы перевоспитываются. Где-то так.
Едва успеваю сунуть в сундук письмо, как открывается дверь. Мне принесли еду? Входит
