Взрослый мужчина-программист попадает из нашего мира в мир магии, в тело 13-летней девочки. Разумеется, девочка обладает незаурядным магическим талантом и легко поступает в академию магии, получив отличные оценки на вступительных экзаменах. Герой некоторое время определяется с тем, какого он сейчас пола и привыкает к новому миру. После чего начинает усиленно обалдевать магическими знаниями. Сделав ряд важных научных открытий и, обзаведясь полезными знакомствами, герой добивается признания в среде магов.
Авторы: Сергей Владимирович Арсеньев
попугая, которому самой судьбой суждено стать сегодня нашим ужином. Быстрее, быстрее… Зайка разгонятся, сейчас он схватит жертву когтями… ДАДАМС!!
От мощного удара клювом по стволу дерево содрогается и с него даже опадает несколько листочков. Зайка же без чувств мешком валится на землю. А попугай-жертва с довольным видом улетает, что-то там радостно бормоча себе под нос. Зайка промазал.
Я поднял свой комок перьев и вылечил его. Фамиллиара хозяин лечит очень легко. Ну, что же ты, Зайка? Эх, ты! Давай ещё раз. Смотри, вон там, на ветке, сидит синий попугай. Взлетай и атакуй его. Зайка как-то странно посмотрел на меня, вздохнул, и поднялся в воздух. Охота на тропическую дичь продолжалась…
— И что это такое, Леона? — спрашивает меня сидящая у большого костра Ронка.
— Наш ужин.
— Вот это?
— Да. Мы больше не смогли ничего поймать. Они все очень быстро улетают. Зайка не успевает.
— Ты бы ещё жуков наловила. Леона, ты сама-то станешь это есть?
— Ну… если ничего другого нет…
— Ты как хочешь, но я не буду есть лягушку. Я ещё не настолько голодна.
— Ладно. Всё равно тут мало на двоих.
Так. И как мне её приготовить? Кушать хочу. Из еды — только крупная сырая лягушка. Её Зайка всё же смог поймать с третьей попытки. Начнём с того, что у нас нет ни ножа, ни вообще хоть чего-нибудь. Выпотрошить. А как? Зубами не хочется кусать. Противно. Ногти не берут. Что делать?
Отдал дичь Зайке. Тот стал обезьянкой, прокусил лягушке живот, и кое-как выпотрошил её пальцами. Хорошо. Спасибо, Зайка. А теперь — готовить. Нанизал лягушку на толстый прутик и сунул его в костёр. Пусть печётся…
— Ронка, спать-то мы как будем? Нет же ничего.
— Я думаю, нужно развести три костра. А мы ляжем меду ними. Вдвоём. Так нам будет тепло.
— Думаешь, уснём?
— Куда мы денемся-то? Уснём. Наверное.
— А на чём спать? Просто на земле?
— У тебя есть другие варианты?
— Действительно. Ладно, а завтра как? Мы же не можем всё время сидеть на этом дурацком острове. Нам нужно вернуться к нашим.
— И как ты собираешься это делать?
— Не знаю. Ты ведь старшая. Ронка, ты уже 270 лет живёшь. Придумай же что-нибудь!
— Что тут придумаешь? Людей искать надо. Это без вариантов. Хоть каких людей. Любых.
— На этом острове их точно нет. Зайка уже проверил. Да и не было никогда, похоже. Он никаких следов не нашёл.
— Значит, придётся выбираться отсюда. Пошли фамиллиара на разведку. Пусть полетает, поищет другие острова.
— Уже темно. Завтра пошлю. Хорошо, допустим, он найдёт другой остров. На чём поплывём? Мы с тобой ведь даже плот построить не сможем. Про лодку я совсем молчу. Зря ты Карасика отпустила.
— Не отпускала я его. Тут он, недалеко. Охотится. Я запретила ему уплывать от острова.
— Тут? Слушай, Ронка, может он нам рыбы наловит? — спрашиваю я и поворачиваю лягушку в огне другим боком. Какая-то она неаппетитная.
— Хорошая мысль. Попробую заставить его завтра. Сейчас уже поздно. Не хочу по темноте к морю тащиться.
— Ладно. Слушай, Ронка, ты кострами займись, пожалуйста. А то у меня лягушка. Боюсь, подгорит…
Глава 8.
Наконец-то рассвет. Ну и ночка выдалась! Да ещё и вторая подряд. Устал ужасно. И кушать хочу. Сильно. Поужинать лягушкой мне вчера так и не удалось. Дохлое земноводное ухитрилось как-то свалиться с прутика, на который я его надел, и упасть прямо в пылающие угли. Пока я искал палку нужной длины и толщины, пока этой палкой ворошил горящие ветки, чтобы увидеть свой будущий ужин и поднять его из костра Левитацией — тело лягушки уже частично обуглилось, а частично кремировалось. В общем, то, что от неё осталось, я признал однозначно непригодным в пищу и выбросил. Пришлось поужинать сырой водой из ручья и отправляться спать с надеждой, что утром Карасик сможет угостить нас рыбой.
Пока мы с Зайкой ходили на лягушку, Ронка успела не только насобирать дров для костров. Она ещё и травы нарвала для подстилки. Правда, нарвала очень мало. Говорит, трудно рвётся. Того, что Ронка смогла набрать, едва-едва хватило на очень жидкую подстилку ей самой. Я же, соответственно, остался с носом. Зато у меня есть верхняя половина ночной рубашки.
Сторожить нас и поддерживать в кострах огонь оставили Зайку, тот всё равно не спит. Дальше стали укладываться.
Сначала на свою тощую подстилку улеглась Ронка. Подсунула руку под голову, закрыла глаза и притворилась спящей. У меня была мысль использовать её как подушку, но мысль на поверку оказалась неудачной. Когда я положил голову ей на живот, то выяснилось, что спать так я не могу. Сильно волнуюсь от запаха её тела.
