Взрослый мужчина-программист попадает из нашего мира в мир магии, в тело 13-летней девочки. Разумеется, девочка обладает незаурядным магическим талантом и легко поступает в академию магии, получив отличные оценки на вступительных экзаменах. Герой некоторое время определяется с тем, какого он сейчас пола и привыкает к новому миру. После чего начинает усиленно обалдевать магическими знаниями. Сделав ряд важных научных открытий и, обзаведясь полезными знакомствами, герой добивается признания в среде магов.
Авторы: Сергей Владимирович Арсеньев
морс! Дядюшка Хэтчер, Вы настоящий волшебник. Ммм… Как вкусно. А что у нас сегодня на ужин? Гороховый суп с солониной? Звучит не слишком обнадёживающие. Ладно, ладно. Я верю Вам, дядюшка. Конечно, сначала попробую, а потом буду ругать. Вы просто гениальный повар. А ещё апельсиновый морс есть? Мне понравилось.
Мы уже пятый день идём на «Волке» к Риунору. Плавание проходит нормально. Никаких сюрпризов. Бывшие пираты ведут себя хорошо, не бузят, команды выполняют исправно. Погода вполне пристойная. По крайней мере, штормов пока не было. В общем, есть надежда дней через восемь-девять встретиться со своими.
А я, неожиданно, подружился с нашим коком, дядюшкой Хэтчером. Он оказался премилым стариканом. Когда же он узнал, что у меня есть свой личный холодильник, то стал вообще расстилаться при виде меня половичком. И сейчас мой ледяной сундук полностью забит мороженым кабаньим мясом, которым вся команда и будет питаться до самого нашего прибытия. По-моему, Ронка ошибалась, относя кока к отъявленным злодеям. Мне кажется, дядюшка Хэтчер — просто забавный чудаковатый старичок…
Глава 15.
— Ты, дочка, не думай, будто пираты звери какие, — продолжает увлечённо украшать мои уши развесистой клюквой дядюшка Хэтчер, неторопливо нарезая полосками лук. — Мы ведь все разные. У каждого — своя история и своё горе. Вот я, например. Ужель считаешь, будто с детства хотел заниматься таким делом. Нет, дочка. Я, если хочешь знать, в детстве мечтал садовником стать. Цветы выращивать. Цветы, да!
— А стал пиратом.
— То не я стал. То жизнь заставила.
Ну, конечно. Кто бы сомневался.
— Как это? Расскажи, дядюшка, почему ты в пираты подался?
— Долгая история то, дочка. Долгая. И давняя. Но, коль желаешь, могу и поведать. Особого секрета нет тут. Всё одно ведь, Белая Леди живьём не отпустит. Я ж не глупец какой, понимаю всё.
— Уж больно натворил ты много в жизни, дядюшка. Трудно простить тебя.
— Было дело, я и не отпираюсь. Начудил немало. Так что, рассказать, как пиратом стал-то? Али не интересно?
Интересно, конечно. Всё-таки, рассказчик он умелый, это стоит признать. Давай, ври дальше.
— Рассказывай. Только морса налей ещё. Очень ты его здорово делать наловчился.
— Вот кувшин, дочка. Наливай сама, сколь хочешь.
— Спасибо.
— Так вот. Давно то было. Совсем я тогда мальцом был. Годков четырнадцать мне о ту пору было. Да был у меня брат. Такой брат, что… Всем братьям брат. Мы с ним не разлей вода были. И в лес, и в поле, и по девкам — везде вместе. Я тогда, как раз, начал по девкам ходить, страсть, как мне это дело нравилось. Ну, да тебе не понять. Не понять, да.
— Я тебя понимаю, дядюшка. Ты продолжай.
— Так вот, по девкам. Угу. Брательник-то мой всему учил меня, поправлял. Ему о ту пору уж восемнадцать сполнилось. И видный он был, справный такой, пригожий. По нему все девки в деревне сохли. Впрочем, это ты и сама понять должна. Парень — самый сок! Ага?
— Кххм… Я попробую представить себе это. Если получится. А дальше-то что было?
— А дальше, дочка, беда была. Беда страшная, неуёмная. Неподалёку от нашей деревни усадьба второго визиря была. Сам-то он к тому времени уж совсем годами ветх был, из своего дома в столице, почитай что, и не выезжал, зато в усадьбу эту любила дочка его приезжать отдохнуть. Не ведаю, от каких таких трудов дочка та отдыхала, но говорили, что «на отдых» приехала.
Так, ну-ка я угадаю, что дальше было. Наверняка братец соблазнил девку, о том проведал её папашка и устроил ему секир-башка. Попал?
— Ну и что? Молодая дочка-то?
— Да уж за сорок. Мужа своего она извела и, вдовствовала помаленьку, денежки проживая. Здоровенная бабища, если честно. Высокая, мощная. И с усами. Хе-хе. С усами, да.
— Бывает.
— Бывает. Так вот, и была она, как бы это тебе помягче сказать… В общем, была она малость на передок слабая, вот. А вернее, даже и не малость, а очень так сильно слабая. Все у нас про то знали, потому парни молодые, как заметит кто её приближение, скорее прятались, кто куда мог. И надо же было беде случиться, что однажды брательник мой из дома вышел неосторожно, а тут и она, коровища, со своей охраной. Посмотрела на него, ничего не сказала, да и уехала. Мы уж думали, обошлось на этот раз. Ан, нет! По вечеру пришли к нам домой четыре янычара, да и говорят, что госпожа, мол, приглашает брательника в гости. Мы уж и так и сяк. Батька даже денежку из кубышки достал, сунул старшему. Денежку тот, коровья морда, взял, но брательника всё одно с собой тянет. Мамка в ноги кинулась, так тот её сапогом пнул, два зуба выбил. И увели они брательника-то. Увели, да.
Упс. Я не попал. Ну, давай, ври дальше.
