Взрослый мужчина-программист попадает из нашего мира в мир магии, в тело 13-летней девочки. Разумеется, девочка обладает незаурядным магическим талантом и легко поступает в академию магии, получив отличные оценки на вступительных экзаменах. Герой некоторое время определяется с тем, какого он сейчас пола и привыкает к новому миру. После чего начинает усиленно обалдевать магическими знаниями. Сделав ряд важных научных открытий и, обзаведясь полезными знакомствами, герой добивается признания в среде магов.
Авторы: Сергей Владимирович Арсеньев
в кабаке?
— Придумаем что-нибудь. На первое время у меня мясо есть.
— Мясо?
— Кабанина мороженая. Чуть ли не полный сундук. Там где-то с пару центнеров будет. Отличное мясо, почти без костей даже.
— Будем питаться одним мясом? А жить где?
— Ронка, чего ты тупишь? Продадим мы мясо мяснику и будем нормально питаться.
— Ладно, допустим, на первое время нам хватит. Но корабль на эти деньги не нанять.
— Можно попробовать купить место на попутный. Или письмо написать Ригорну.
— Вариант с письмом реалистичней. А то мне приключения на море уже надоели.
— Мне тоже. Ты сама виновата. Нечего было упиваться до потери сознания.
— Я уже извинилась за тот случай.
— Помню. О, Сильвер! Ну что там? Отдал он деньги?
— Такой отдаст, как же, — раздражённо ворчит бывший кок. — Он скорее удавится.
— Совсем ничего не дал?
— Смену одежды для вас разрешил забрать. Каждой — по одному комплекту.
— И всё?
— Ещё две серебрянки дал, жмотяра.
— А ты молодец, Сильвер. Мы с Леоной не верили, что тебе удастся выпросить хоть что-то.
— Ну, дык… Старался. Я старался, да…
Вот, наконец, и порт. Таки приплыли. Правда, совсем не туда, куда собирались, но всё же. В целом, Сильвер наши с Ронкой замыслы одобрил. План действий у нас теперь такой: продаём мясо, на вырученные деньги устраиваемся в гостинице поскромнее, отправляем с попутным кораблём письмо Ригорну и ждём спасателей. О том, что мы маги — никому ни гу-гу.
С продажей мяса и с гостиницей проблем не будет. Сильвер неоднократно бывал в Мерении и его тут многие знают. Есть у него и знакомые торговцы мясом. В его бытность коком ему часто приходилось общаться с ними. Правда, тогда он мясо покупал, а не продавал. Да и подходящую нам гостиницу он знает.
Швартуемся. С нетерпением ждём на палубе, пока спустят трап. Мы сюда почти две недели тащились, считая от момента окончания памятного шторма. Ну, так… одной мачты вовсе нет, другая дала трещину. Хорошо, ветер попутный был. Сильвер говорит, что для корабля с такими повреждениями мы ещё довольно шустро приковыляли.
Капитан-жадина как-то странно смотрит на нашу компанию. Не иначе, придумывает, под каким соусом отобрать у нас две последние серебрушки или узелок, в котором лежат моё и Ронкино платья да смена белья. Матросы перекинули трап на причал. Валим отсюда. Гуськом сходим по трапу с корабля, а там… ноги у меня заплетаются, и я сразу же сажусь прямо на нагретые солнцем доски.
— Сильвер, а почему причал качается?..
Глава 23.
Пятнадцать человек на сундук мертвеца,
Йохо-хо! И бутылка рома!
Пей, и дьявол тебя доведет до конца
Йохо-хо! И бутылка рома!
Пей, и дьявол тебя доведет до конца
Йохо-хо! И бутылка рома!
Ух, как надрываются! Это я научил Сильвера песенке, а тот уже довёл её до своих приятелей. Ребятам понравилось. Мы сидим в обеденном зале таверны «Морской Чёрт». Нас Сильвер сюда поселил. Он тут уже бывал раньше и у хозяина перед ним какие-то должки. Во всяком случае, поселили нас задёшево — всего шесть медяков в день за два номера с кормёжкой.
Вообще, эта таверна — откровенный бандитский притон. Тут такие мерзкие личности ошиваются. Я вообще, ни разу не видел, чтобы сюда зашёл хоть кто-нибудь не обладающий вызывающе преступной наружностью. Но Сильвера тут очень уважают. Он, оказывается, довольно известная личность. В определённых кругах.
Ну и мы с Ронкой, заодно, тоже теперь уважаемые личности. Я сижу в уголке и тихонечко потягиваю пиво. В номере с Ронкой мне находиться не хочется. У неё опять начались месячные, и она постоянно плюётся кипящим ядом. А я уже позавчера, как отмучался. В зале, кроме меня, находятся ещё человек сорок. Что примечательно, я тут — единственная особь женского пола. Первые дни ко мне пытались приставать, но пара гориллообразных вышибал очень быстро объяснила наиболее настойчивым, чьи в лесу шишки. Так что теперь никто не мешает мне тихонечко сосать своё пиво.
Э-э-эй, разбей бочонок,
Ты не разбойник без вина-а!
Э-э-эй, ты не ребёнок,
Бочонок осуши до дна-а!
А-ха-ха! А-ха-ха!! А-ХА-ХА!!!
Это тоже я научил. А что, хорошая песенка из замечательного
