Арканарский вор

в загробном мире? Не поделитесь?
Со скелетом началась такая истерика, что сил удержать его у Арчибальда не нашлось, и он кубарем откатился к своей кровати. Скелет же подскочил к Марганеллу, сложил его пополам, пристроился сзади и начал делать такие характерные движения, что даже студенты покраснели. Переглянувшись, они ринулись отделять коллег друг от друга. Теперь уже загремев костями скелет, кувыркаясь по каменному полу.
– Та–а–ак, – пробормотал Арчи, – срочно перевожусь на другой факультет. И никакой больше некромантии!
– По–моему, он хотел сказать, – пробасил Дифинбахий, – что отношение там к ним просто плохое.
Скелет торопливо закивал головой. Арчи облегченно выдохнул.
– Все! Заключаем мир.
В глазах скелета вновь вспыхнули опасные красные огоньки.
– Слушай, – укорил его аферист, – перед тобой собрат по несчастью. Ты–то там уже привыкший, а ему на всю катушку хлебнуть придется.
Слова пройдохи сломали лед. Скелет задумался! Цвет огоньков в его глазницах сменился с алого на зеленый. Докостыляв до Марганелла, он сочувственно похлопал его по плечу и отошел в сторону. Потрясенный магистр разогнулся, сделал еще один длинный глоток из бутылки, затряс головой.
– Кстати, магистр, а что привело вас к нам в столь поздний час?
Марганелл похлопал глазами.
– Дайте вспомнить… А! Во–первых, поблагодарить. Ваш трактир… это что–то! За ваши деньги – любой каприз! Гениально. Мы там все так оттянулись! Кефер новую девчонку приволок. Практикантка. Будет у нас работать. Уй, какая–а–а… да… зачем–то еще шел. Спасибо сказал?
– Сказал, – подтвердил Дифинбахий.
– А! Ё–моё! Записку передать. Ваш управляющий просил, во!
Магистр извлек из кармана скомканный листок, сунул его в руку Арчибальду, развернулся и, покачиваясь, удалился, с трудом вписавшись в створ дверей.
– Ну а ты чего приперся? – повернулся Арчи к скелету.
Тот немедленно начал потирать свои костяшки кистями рук и кивать головой за окно: типа, холодно там, погреться зашел. При этом недвусмысленно поглядывал на постель гиганта.
– Но–но! – возмутился Дифинбахий. – В моей постели ты спать не будешь!
Скелет опять начал размахивать руками.
– Слышь, Дифи, – Арчи устало сел на постель, – может, какого переводчика магического придумаем? А то я уже утомился его жесты расшифровывать. Нифига понять не могу. Одна пошлятина получается.
Гигант почесал затылок, посмотрел на шкаф, резко ухнул. Оттуда выползла заспанная сова с дохлой мышью в клюве. Вяло проглотив свой поздний ужин, она в ответ тоже что–то мрачно ухнула, сыто икнув. Гигант ухнул еще раз. Сова нехотя расправила крылья, спрыгнула вниз, сделала лихой вираж и села на предплечье скелета, крепко вцепившись коготками в кость.
– Сова готова.
– К чему?
– Переводить. Она уже настроилась на его ауру.
– Только пускай на арканарском. Хватит с меня уханья. Я точно знаю, она умеет.
– Тоже мне, барон! – фыркнула сова. – Конечно умею. Лучше б ты совиный выучил, дятел.
– А в клюв? – ласково спросил барон.
– Я ж говорю: дятел!
– Слышь, ты, глазастая! Ты теперь переводчик и клюв свой открывай, только когда надо переводить. Еще раз обзовешься, перья в разные стороны полетят.
– Он может, – подтвердил Дифинбахий. Сова похлопала глазами, подумала.
– А вот мой хозяин…
– …еще добавит от себя, – оборвал ее Арчибальд. – У меня с ним братский договор…
– Ладно, спрашивай, – смирилась посыльная Рогнара.
– Зачем среди ночи приперся? – Со скелетом отчаянно зевающий авантюрист не церемонился.
Скелет замахал руками, и сова начала сурдоперевод:
– Так куда ж мне деваться–то? Вы меня упокоить забыли. А теперь за мной все старшие курсы охоту открыли. Новый вид, новый вид! Вторую ночь от своей могилы отгоняю.
– Давай, говори заклинание, и я тебя упокою.
– Куда? Я ж их отгонял! Они там так все со страху загадили, что я с головой ухну! Не, я в их дерьмо закапываться не хочу!
– И что нам с ним делать? – повернулся к Дифинбахию аферист.
– Слышь, Арчи, свой вроде мужик, – почесал затылок гигант. – Преподавателей не любит. Может, себе оставим? Будет нам постели заправлять, полы подметать.
– Угу, шляпы и мантии у гостей принимать, – хмыкнул аферист.
– А чё? Прикольно.
– Чтоб я мел полы? – возмутился скелет.
– Тогда зарывайся!
– Не буду!
– Хорошо, не хочешь зарываться, давай я тебя тем методом, что в склепе предлагал, упокою. Благословлю, в порошок сотру, – сердито пробурчал Арчибальд, яростно растирая глаза. Спать хотелось невыносимо. – И по ветру развею.