Арлекин

в сторону города.
–Она не хотела портить тебе вечер.
–Она думала, что вы с Микой из службы эскорта, и что я вам заплатила за тот вечер.
–В последний раз, когда она видела всех нас, мы направлялись вместе домой, я тогда уже жил с тобой.
–Я знаю, знаю. Она передала тебе свой номер, потому что хотела с тобой увидеться, а старый номер оказался неработающим. Ты прав, она была очень вежлива.
–Я сказал ей, что у нас вообще-то было празднование тогда, и она очень смутилась.
Я все еще помнила ту женщину. Она была стройной и изящной и годилась Натаниэлу в мамочки. Благодаря Жан-Клоду я стала разбираться в одежде, и могу сказать, что одета она была очень дорого. Драгоценности были не столь дорогими, но очень изящными. Она была одной из тех женщин, что возглавляют фонды милосердия и сидят в художественных комитетах при музеях, и она была готова найти себе мальчика на ночь, который годился бы ей в сыновья.
–Я думаю, меня в ней смутило то, что она не была похожа на тех, кто обычно…
–Нанимает эскорт? — закончил он фразу за меня.
–Да.
–У меня были самые разные клиенты, Анита.
–Представляю.
–Представляешь или стараешься не думать об этом?
–Ладно, последнее…
–Я не могу поменять свое прошлое, Анита.
–Я и не прошу тебя об этом.
–Но ты хочешь, чтобы я оставил стриптиз.
–Я так никогда не говорила.
–Но, тем не менее, ты этого стыдишься.
–Ради бога, Натаниэл, давай не будем об этом. Я смущена тем, чтобы самой оказаться на сцене. Я стесняюсь питаться от тебя публично, — я настолько сильно схватилась за руль, что испугалась, что сломаю его.
–Когда я кормила ardeur той ночью от тебя, я кормилась на убой от всей публики. Я не питалась непосредственно от них, я питалась их жаждой. Я чувствовала, насколько они наслаждаются шоу.
–И потом ты могла не кормиться почти двадцать четыре часа.
–Жан-Клод тогда поглотил мой ardeur и разделил его между вами всеми.
–Но он считает, что одна из возможных причин, что у него это получилось, в том, что ты кормилась от публики и от меня. Мне это понравилось, то, как ты отметила меня прямо перед зрителями. Ты не представляешь, как мне это понравилось.
–Ты хочешь сказать, что если бы я не накормила тогда ardeur случайно от тебя и толпы, он бы вышел из-под контроля посреди погони за серийным убийцей?
–Возможно.
Я задумалась над этим, пока мы ехали. Я представила себе вышедший из-под контроля ardeur в фургоне, полном полицейских, Мобильного резерва и сотрудников группы Альфа. Я представила, как он выходит из-под контроля в логове вампов, которые убили более десятка людей.
–Если так, то почему Жан-Клоду не попробовать загнать меня в клуб снова?
–А он предлагал?
–Я бы отказалась.
–Вот-вот, — заметил Натаниэл.
–Но почему ты упомянул об этом сейчас?
–Потому что я схожу с ума, — ответил он. Он опустил голову на крышку коробки, которая стояла у него на коленях. — Я схожу с ума от того, что наша годовщина не удалась. Я расстроен, что какая-то метафизическая дрянь расстроила наши планы.
–Я не планировала все это, — заметила я.
–Нет, но твоя жизнь всегда такая. Ты хоть понимаешь, как тяжело с тобой устроить нормальную годовщину?
–Если тебе не нравится моя жизнь, то зачем тебе в ней оставаться.
Я сразу же пожалела, что сказала это, но забирать слова обратно не стала.
–Ты хочешь этого? — спросил он, тихим, настороженным голосом.
–Нет, — ответила я. — Я не хочу этого. Я только не хочу, чтобы ты копался во мне. Это — работа Ричарда.
–Не сравнивай меня с ним. Я этого не заслужил.
–Нет, не заслужил.
Ричард Зееман когда-то был моим женихом, но это не продлилось долго. Я порвала с ним, когда увидела, как он кого-то съел. Он был главой местного клана оборотней. Он порвал со мной, когда понял, что больше не может общаться с человеком, которому с монстрами уютнее, чем ему самому. На данный момент мы были любовниками, и он даже позволял мне кормить от него ardeur. Я была его подругой в стае, Лупой его Ульфрика, и он больше не пытался найти мне замену. Зато он пытался найти мне замену в обычной жизни, ища женщину, с которой мог бы встречаться учитель естествознания младших классов. Он хотел детей и жизнь, независящую от полнолуний и полчищ зомби. Я не могла его в этом винить. Если бы у меня был выбор, я бы тоже выбрала нормальную жизнь. Конечно, у Ричарда тоже не было выбора. От ликантропии нет лекарства. Но он собирался разделить свою жизнь на части и по возможности сделать так, чтобы они друг о друге не знали. Похоже,