Арлекин

Мика заговорил с Рафаэлем.
–Неужели леопарды настолько неинтересны вам, что вы не стали приветствовать их короля и королеву?
Из всех, кто был в комнате, я меньше всего ожидала проблем с Микой. Посмотрев в лицо Рафаэля, я так же не нашла утешения.
–Я не хотел оскорбить чету Немир.
–Но оскорбил, — сказал Мика.
–Мика… — попробовала остановить его я.
Он отрицательно покачал головой.
–Нет, Анита, мы не можем позволить нас оскорблять. Просто не можем.
–Ты наконец нашел повод для драки, Мика? — спросил Ричард.
–А что бы ты сделал, если бы Рафаэль проигнорировал тебя, зато поприветствовал любого другого альфу в комнате? — спросил Мика, глядя на Ричарда холодным взглядом.
Гнев полыхнул на лице Ричарда, но сразу же угас.
–Мне бы этого не хотелось.
–Жан-Клод, тебе следует преподать урок своим кошкам, — сказал Рафаэль. Он привлек мое внимание, но не очень правильным способом. Я подошла, чтобы поддержать Мику. Натаниэл пододвинулся к нам сзади. Мы были королем и королевой, над нами не было никого, даже если мы и жили под чьей-либо крышей.
–Мы не домашние животные, — сказала я.
–Ты — человек-слуга Жан-Клода, а у леопардов нет никакой связи с Принце Города, кроме как через тебя, Анита. Они не связаны ни с кем из вампиров этого города.
Я почувствовала движение вокруг, телохранители нервно переминались. Рафаэль даже не смотрел на них. Зато посмотрела я. Я посмотрела на Клаудию, и она покраснела.
–На чьей вы стороне, если ставки возрастают? — спросила я.
–Ты бросаешь мне вызов? — спросил Рафаэль, и он был удивлен. Я не обратила на него внимания, задержав взгляд на Клаудии. У Мики было свое мнение насчет Рафаэля, и я знала, что он обратит мое внимание на него, если будет нужно.
–Скажите, Клаудия, Фредо, скажите мне. Вы — наши телохранители, но он ваш Царь. Если эти понятия для вас расходятся, мне бы хотелось знать, можем ли мы на вас рассчитывать?
–Они мои люди, — сказал Рафаэль. — Они должны принять мою сторону.
Я наконец посмотрела на него. И взгляд был не дружелюбным.
–Тогда они немедленно должны покинуть эту комнату. Теперь тут будут только гиены и волки.
–Они не ровня моим людям, — сказал Рафаэль.
–Может и нет, но по крайней мере я могу им доверять, зная, что они подчиняются только мне.
Клэй взялся за рацию и передал мой приказ.
Рафаэль посмотрел на Жан-Клода.
–Здесь и вправду распоряжаются леопарды, Жан-Клод? Я слышал об этом, но не верил. — Он отвернулся от нас, будто мы для него ничего не значили.
Мне ужасно хотелось достать пистолет, но я точно знала, что мне ни за что не выхватить его вовремя. Только не в присутствии Клаудии и Фредо. Кроме того, я не стала бы стрелять в него только за оскорбление, а вынимать пистолет, не собираясь его использовать, не в моем стиле. Я им пользоваться не хотела, но мне нужен был способ стерпеть высокомерие на лице Рафаэля.
Волки и гиены вперемежку наполняли комнату. У нас теперь было больше наших людей, чем были при крысах. Напряжение у меня в животе слегка ослабло.
–Рафаэль, — проговорил Ричард. — Зачем ты делаешь это?
–Делаю что? — спросил он. — рассматриваю леопардов, как меньшую силу, чем они являются?
Ричард позволил удивлению отразиться на своем лице.
–Ты специально провоцируешь Аниту?
–Я приехал на переговоры с Принцем Города и его триумвиратом, его человеком-слугой и его подвластным зверем.
–Я еще и Нимир-Ра для леопардов, они мои подвластные животные, — сказала я. — Ты не можешь оскорблять одну часть моей власти, пытаясь вести переговоры с другой.
–Именно, — сказал Рафаэль.
–Т.е.? — переспросила я.
–Ты сделал свой ход, Рафаэль, — сказал Жан-Клод.
Я смотрела то на одного, то на другого.
–Не для меня.
–Меня тоже это смущает, — отозвался Ричард.
–Я долгие годы старался сделать из крысолюдов нечто, что могло бы стать чатсью великой силы. Нарцисс тоже работал над своими гиенами, чтобы с ними стали считаться. — Он начал обходить комнату и леопардов в ней. — Леопарды были игрушками волков, когда Райна была их Лупой. Габриэль, их альфа, был пешкой в ее руках. Тогда Анита убила их обоих. Она стала Лупой у волков и постаралась защитить леопардов. Я был рад, что у леопардов появился настоящий защитник, кто-то, кто не станет их использовать. Ни одно животное не заслуживает того, чтобы попасть в руки такому, как Габриэль. — Он шел к нам спокойными шагами, но я боролась с желанием отпрянуть с его дороги. Так или иначе, мне не хотелось оказаться рядом с ним.